Леонид Кудрявцев – Звёздный порт (страница 36)
Самка заметит их в любом случае и неизбежно поймет, кто они такие. Сумеет ли ее узнать его туповатый напарник? Можно поспорить на что угодно — не сумеет.
Вот и замечательно! Беглянка пройдет мимо, решит, будто осталась незамеченной, и отправится восвояси, уже не думая о том, что они могут за ней последовать. А они…
Квелому Селезню захотелось растопырить руки, задрать голову вверх и что-нибудь такое выкрикнуть. Безусловно, ничего подобного он не сделал. Да и не мог, поскольку еще в детстве прошел на «отлично» курс отвыкания от неприличных атавистических жестов, слов и звуков.
Но захотелось. И это не есть хорошо.
Среда — вот что формирует наши привычки и поведение. А если ты чуть ли не круглосуточно общаешься с такими, как Бритый Гусь…
Квелый Селезень мрачно взглянул на напарника. Он стоял все в той же позе. Можно было не сомневаться: Гусь полон рвения и бдительно сверлит каждого проходящего мимо мыслящего взглядом, словно лазерный бур.
С другой стороны, не будь у него такого кореша, жизнь Квелого Селезня могла быть не просто тяжелой, а очень суровой. Сколько раз Бритый Гусь спасал его длинную, тонкую шею от неизбежного усекновения? Да не счесть. Так что подсмеиваться над напарником было бы с его стороны черной неблагодарностью.
И вообще, не пора ли заняться работой. Прежде всего надлежит освежить в памяти, как точно выглядят самки людей.
Ну-ка… Прикоснувшись к браслету на правой руке, Квелый Селезень активизировал встроенный в него комп. Тот развернул крохотный экранчик и небольшой гало-образ клавиапульта.
Нажав несколько призрачных клавиш, Квелый Селезень вывел на экран трехмерное изображение типичной человеческой самки.
Да уж… ну и видок у нее. Две недопустимо толстые, особенно в верхней части ноги, совершенно непонятно для чего сделанное сужение корпуса в центральной части фигуры. А выше него — пара выпуклостей непонятного назначения. Кажется, они ими выкармливают детенышей? Причем долгое время. Очень нерационально, негигиенично и весьма некрасиво.
Ладно, бог с ними, любоваться ею он не обязан. У него другая задача. Надо представить эту самку в одежде. Хотя зачем представлять? Кажется, в компе есть такая функция? Квелый Селезень вывел на экран соответствующее изображение.
Ага, это уже лучше. Только что она сделала со своими рудиментарными перьями? Кажется, уложила их. Вот это надо запомнить. Они умеют по-разному укладывать рудиментарные перья. А так ли это? Ну-ка, еще одно изображение… Угу, умеют. И еще они способны каким-то образом менять цвет кожи на мордочке, цвет губ, разные мелкие детали. То ли дело настоящие женщины, которые даже под страхом смерти не будут ничего менять на лице. У них для всяких там штучек есть хохолок на макушке. Вот с ним некоторые модницы…
Стоп, надо вернуться к человеческим самкам.
Что еще они меняют? Это? И даже это? Ах, вот так! Вот это-то можно было оставить в покое. Но нет же… Интересно, как их самцы определяют, к какому гнездовью они принадлежат? А может быть, их это не интересует? Может быть, им все равно?
Квелый Селезень тронул несколько кнопок и перевел комп в состояние спячки.
Кажется, все необходимое он узнал. Возможно, их задание значительно усложняется. Все эти людские самки настолько виртуозно умеют менять свой облик, что это может составить проблему. Впрочем, не рано ли он отчаивается? Вдруг им повезет? И вообще, теперь, когда он хотя бы представляет, что надо искать, настало время наблюдения.
— Эй, старый клюв, — тихо спросил он у Бритого Гуся. — Ты хоть представляешь, как выглядят самки людей?
— Представляю, — даже не удосужившись повернуть голову, ответил напарник. — Лет десять назад я одну такую видел. Кстати, у них нет хохолков на голове. Получается, самки людей лишены самой лучшей возможности пококетничать. Бедные они, бедные.
— Ты прав, — согласился Квелый Селезень. — Значит, узнаешь?
— Я же сказал, что узнаю.
— Ну и молодец.
А что еще он мог сказать? Будет только к лучшему, если его напарник беглянку не опознает. Вот какая забавная штука получается. При этом лично ему надо ее углядеть во что бы то ни стало.