Леонид Кудрявцев – Закон оборотня (страница 44)

Теперь мне предстояло войти в этот дом, и хорошенько расспросить каждое мыслящее существо, которое мне там попадется. Может быть кто-то из них что-то видел, заметил, или хотя бы услышал. И если мне повезет... Впрочем, не будем загадывать.

— Мы должны войти туда? — спросил чертенок.

— Угу, — сказал я, примериваясь куда бы кинуть окурок.

На это ушло несколько секунд. Наконец я тщательно прицелился и кинул. Одним пятном на мостовой стало больше. Всемирной катастрофы от этого не произошло.

— Ничего у тебя не выйдет, — уверенно сказал Мелкий Бес.

Я посмотрел на него с интересом.

— Это же кинотеатр интересных фильмов, — пояснил чертенок.

Я пожал плечами и еще раз осмотрелся.

За то время пока мы были в доме, прохожих стало несколько больше. А вот жулики, видимо срочно проведя производственное совещание и выработав общее решение, меня больше не беспокоили. Даже тот тип, похожий на Санта-Клауса. Он стоял шагах в десяти, смотрел на меня словно голодный кот на свежую рыбу, но не делал даже попытки всучить мне самое замечательное на свете искусственное тело, снабженное массой удобств и дополнительных функций.

Я подумал, что жулики либо признали меня совершенно неподдающимся и поставили на попытках всучить мне свой товар жирный крест, либо послали за подкреплением в лице какого-нибудь супержучилы, способного продать Иисусу Христу крест на котором его распяли, да еще вдобавок содрать с него двадцатипроцентную прибавку к цене за гвозди, которыми его к этому кресту прибивали.

Второе — вернее.

Поэтому, чем скорее я войду в кинотеатр и начну действовать, тем лучше.

— Ты хочешь сказать, что в этом доме показывают галофильмы, со всякими там девочками и мальчиками, откалывающими разные сногсшибательные штучки? — спросил я у Мелкого Беса.

Тот бросил на меня удивленный взгляд.

— Кому эта чушь интересна?

Я крякнул.

В самом деле, у бродячих программ, по идее, должно было быть свое отношение к подобным вещам. Над ними не довлеет инстинкт продолжения рода. Может быть, интерес посетителей к обнаженным телам, а также постельным сценам, кажется им просто смехотворным? Хотя, не исключено, что у них существует нечто похожее на любовь. Что-нибудь типа: «Давай соприкоснемся нашими самыми интимными программами»?

Еще я подумал, о Хоббине и Ноббине. За все то время что я с ними общаюсь, они умудрились, в разговорах со мной, ни разу не коснуться этой темы. Они-то знали, что я из большого мира, и могу обидеться, если при мне начнут хихикать над посетителями, и их походами по злачным местам.

— А что же тогда интересное показывают в кинотеатре? — спросил я.

— Как что? Большой мир. Неужели не знаешь?

Я пожал плечами.

— Ладно. Сейчас увидим. Пошли.

— Пошли. Вход стоит одну инфобабку.

Я прикинул, что это по меркам китайского кибера должно быть очень большой платой и спросил:

— Почему так дорого?

— Ну, это же фильмы о большом мире. Настоящие фильмы. Понимаешь?

Вот это меня уже и в самом деле заинтриговало. Настоящие фильмы. Что это такое? И какие фильмы являются ненастоящими?

Плату за вход в кинотеатр взимал худой старикан, с очень длинным носом, да к тому же еще и сплошь обросший густым, седым волосом. Я заплатил ему две инфобабки, за себя и за Мелкого беса, получил два жетона, и мы прошли внутрь.

Внутри кинотеатр был разделен на несколько десятков кабинок. Такая планировка слегка напоминала пчелиные соты. Слева от двери каждой кабинки было пятно, размером с теннисный мячик. У одних кабинок оно было синим, у других красным.

— Если пятнышко синее, значит кабинка свободна, — объяснил мне Мелкий Бес. — Если красное, то в ней кто-то есть.