Леонид Кудрявцев – Волчонок (страница 29)

Еще Волчонка беспокоили потеки крови на груди комбинезона, который пришлось надеть. Но тут уж ничего не поделаешь. Нельзя перерезать кому-то горло и не наследить. Пришлось размазать по всему пятну комок жирной глины. Кажется, это его несколько замаскировало.

Антон прикинул шансы на успешное осуществление своего плана и признал их весьма хлипкими.

Вот только не надо паниковать. Да, шансы — небольшие, но другого плана нет, и значит, не о чем думать. Двигаться надо. Ближе, ближе к железному чудовищу. Если его прикончить, то можно еще вывернуться. Уйти с этого островка живым.

Об этом Дядюшка-волк не сказал, да и не мог он, наверное, сказать, не позволяла гордость. Однако Антон теперь точно знал, додумал, что их главная задача сейчас состоит уже не в том, чтобы остановить преследователей. Враги и так достаточно задержались на этом островке, и у них не осталось времени на поиски бункера. Особенно если учесть, что, двинувшись на соседние островки, они нарвутся на других воинов заслона и те, конечно, им покажут. Там у Крома, кажется, даже есть «громовая птица». С такой штукой остановить танк — вполне реально.

А им с Дядюшкой-волком сейчас главное — выжить. Помощи ждать неоткуда и рассчитывать приходится только на свои силы. Как обычно.

План их был прост. Дядюшка-волк бегает по кустам и время от времени постреливает, привлекая к себе внимание. Прятаться и скрытно передвигаться у него получается лучше. Антон, добыв одежду преследователя и переодевшись в нее, попытается подобраться к танку поближе. Если его удастся взорвать, то они уходят на соседний остров, тот, на котором из земли торчит полуразрушенный купол какого-то здания, здорово смахивающий на перевернутую суповую миску. Там, возле этого купола, они и встретятся, чтобы вместе отправиться к катеру.

После всего сделанного никто не рискнет обвинить их в трусости, никто не будет пенять за отступление без приказа. В общем — неплохой план, учитывая обстоятельства.

Действовать.

Стараясь двигаться естественно, так, словно он и в самом деле был одним из преследователей, Антон двинулся в сторону танка.

Кустами, кустами, так, чтобы его лицо не так-то просто было рассмотреть. Конечно, когда он выйдет на мелководье, ему придется труднее. Но кто на него обратит тогда внимание?

Какой-то воин идет к танку? Ну, значит, у него на это есть причины. Подойдет — объяснит.

Антон слегка улыбнулся.

Или гранату кинет на трансмиссию. Говорят, у танка это самое уязвимое место, поскольку все остальное закрыто броней. Расположена трансмиссия вроде бы позади башни. Вот туда гранату и надо кинуть.

Если удастся подобраться достаточно близко.

В почве здесь было много перегноя, и она слегка пружинила под ногами. Над желтыми, усеянными фиолетовыми кляксами грибами вились облачка мелких насекомых. Кое-где под кустами виднелись комки и обрывки потерявшего цвет, полуистлевшего тряпья. Из самых крупных торчали кости. Почему-то они были черными, словно уголь.

Если предположить, что это кости желтых, погибших от неизвестной болезни… Что это за зараза была такая, если она даже изменила цвет костей?

Он шел, и пока ему удавалось избегать встреч с другими преследователями. Избегать, к счастью, и для себя, и для них. Долго ли еще?

Где-то в стороне опять щелкнул выстрел. Это явно веселился Дядюшка-волк. И сразу же совсем рядом с Антоном, за кустами, послышался топот нескольких пар ног. Враги рванули на выстрел.

Идиоты. Дядюшки там уже наверняка нет. А вот путь для него, Волчонка, стал свободен.

Молодец Дядюшка. Вовремя.

Еще шагов сто, и начнется мелководье. Пройти по нему примерно еще сто шагов, и он будет у цели. Самые трудные и опасные шаги. Самое главное — двигаться уверенно.

Еще один выстрел. Чуть подальше.

Вот это уже тревожило.

Рановато. Может быть, у Дядюшки игра пошла по самым жестким правилам? И что теперь, кинуться ему на помощь? Нет, только не сейчас, только не сейчас. Сам же Дядюшка-волк и обзовет последним словом, если он так сделает.

Танк, где же он? Вдруг перебрался на другое место? Да нет, не должен. Удача, говорят, помогает смелым и бесшабашным. Сама в руки валится. А они с Дядюшкой и этим планом, куда уж смелее, бесшабашнее? Да некуда, вовсе. Значит — поможет, свалится в руки.