Леонид Кудрявцев – Пуля для контролёра (страница 65)
Если надумают хитрить, у неё появится право напомнить о том, что честность — лучшая политика. Прилетевшая неизвестно откуда пуля, срезавшая кончик торчащей изо рта сигареты, очень способствует восстановлению памяти именно в этой области. Для особо тупых напоминание может быть и болезненным. Для начала можно отстрелить кончик уха. Не подействует — кое-что посущественнее.
Кошкина шла, ступая легко и ловко по странной траве, присущей только Зоне, может, и в самом деле появившейся здесь с какой-то чужой планеты или из другого времени, а может, и из иного пространства. Как и сама Зона. Как и всё, что в ней есть. Кроме людей, конечно. Хотя… многие из живущих в Зоне так притерпелись к ней, притёрлись, что, возможно, без неё уже не смогут. Стали её частью? Вросли в неё? Насколько лично она вросла в Зону? Сумеет ли она когда-нибудь от неё уйти, если Зона дала ей фактически всё, что она имеет? Главное — справедливость. У Зоны она есть. Если ты понимаешь её законы, если живёшь по ним, то она тебя потерпит, даст защиту от тех, кто их не признаёт. А защита значит покой, упорядоченность.
Она шла, то и дело на ходу оглядываясь, чувствуя себя уверенно и свободно. Ну и пусть её называют ведьмой, даже боятся. Там, в городе, боялась она, там она так ходить не могла. Так где ей, стало быть, лучше, там или здесь?
Анна на эту тему даже сильно не задумывалась. Ответ был ясен и так.
Она двигалась по направлению к схрону, из которого не раз следила за блокпостом, когда проводила свои торговые операции. Он был оборудован в развилке большого дуба, куда она некогда затащила пару досок. Для того чтобы всё устроить по уму, ей понадобился целый день, но зато в результате получился один из лучших схронов, которые у неё были. Он и сейчас ей послужит, не может не послужить. Только прежде надо будет проверить, не занял ли его кто-то.
А потом… ну, что потом? Суп с котом. Заляжет и будет ждать удобного момента, чтобы произвести выстрел. Куда он будет направлен? Это зависит от того, каким путём решит пойти её партнер по игре. Можно поспорить, что он через блокпост пройти не рискнёт. С ним сталкер, и это может быть чревато, очень чревато. Значит, либо полезет через колючку на насыпи, есть там одно место, либо попытается пройти по трубе под насыпью, поскольку она мощная и даже диаметром больше человеческого роста. И тот, и другой путь хорошо просматриваются из её схрона. Ну а если они пойдут через насыпь, то надо будет всего лишь вовремя выстрелить в какую-нибудь железяку на рельсах, так, чтобы это услышали часовые, привлечь их внимание. Разбираться они не будут, кто там ползёт и зачем. Начнут стрелять сразу. А от двух автоматов и пулемёта на насыпи не сильно спрячешься. Причём к часовым тотчас прибежит подмога с блокпоста. И тоже откроет стрельбу.
Труба. Там ещё проще. Она уникальна тем, что в ней никогда не переводится аномалия «электра». Либо на неё не действует выброс и, стало быть, эта аномалия существует здесь с самого начала Зоны, либо какие-то факторы способствуют тому, что она после каждого выброса возрождается вновь. Анне всегда казалось, что верно первое, что в трубе живёт может быть самая старая аномалия Зоны. Тем более что вела она себя не так, как все прочие «электры». Она перемещалась вдоль трубы, словно тигр, пойманный и бегающий по загону. А у самого выхода из трубы ненадолго исчезала.
Опытные и отчаянные сталкеры частенько использовали эту трубу для того чтобы миновать насыпь и попасть на другую часть Кордона, через которую можно было пройти в Тёмную долину. Они, вовремя в неё нырнув, пристраивались за аномалией, когда она начинала своё путешествие к другому концу трубы. Главное было идти за ней точно, соблюдая дистанцию, и выпрыгнуть из трубы тоже в строго определённый момент. В общем, прохождение через неё можно было смело приравнять к разгуливанию по проволоке над пропастью и без страховки. Единственная ошибка заканчивалась, как правило, смертью. Для того чтобы это случилось, надо было идущего за аномалией всего лишь сбить с ритма, отвлечь на мгновение. Чем именно? Ну, например, просвистевшей возле головы пулей.