Леонид Кудрявцев – Пуля для контролёра (страница 42)

Они подошли совершенно бесшумно. Он при всём своём опыте не смог вычленить звук их шагов из лесного шума и понял, что противники рядом, лишь только после того, как они заговорили, тихо, вполголоса.

— Думаешь, ушёл? — спросил бандит с хриплым голосом.

— Вряд ли, хотя… мог и уйти, — ответил его напарник. — Одного нашего завалил и дал стрекача. Чем не вариант?

— И бросил свой мешок? Я его нашёл. Нет, он просто затаился где-то и выжидает, когда мы уйдём. Я его знаю. Жадный и хитрый. Попытается свой хабар отбить.

— Много его там?

— Не смотрел. Некогда было.

— В общем, не знаем даже, за что воюем.

Судя по всему, бандиты стояли метрах в двух от ямы, в которой он скрывался, и не видели его лишь благодаря маскировке да торчащим во все стороны корням упавшего дерева. Стоит одному из них сделать хотя бы шаг, он, вполне возможно, его увидит. А до тех пор…

Тимофею просто жутко захотелось рискнуть. Вывалиться из своей засады, полоснуть наудачу длинную очередь… Нет, не надо так пока делать. Скорее всего бандиты стоят к нему лицом и запросто могут в этот раз успеть выстрелить первыми. Учитывая, что их двое, шансы на победу становятся ещё меньше. Нет уж, ничего не остаётся, как ждать.

Ждать и надеяться.

— Узнаем, — сказал хрипун, — и мало там быть не может. Ты же сам читал сегодня утром ПДА. А в сообщении было чётко написано, что он отмеченный Зоной. А Зона к своим отмеченным благоволит, без поддержки не оставляет. Какая же у неё может быть поддержка? Шурупишь?

— Что-нибудь очень ценное и редкое?

— Знамо дело. И опять же он вне закона, никто за него не вступится.

— Кроме Зоны. Видел, как он нашего ухайдокал?

— Дуракам везёт, — заверил хрипатый. — Только для него на этом лафа кончилась. Ей-же-ей… Пойдём заберём ствол и попытаемся его достать.

— Пойдём.

Самое время, понял Тимофей. Вот ещё немного, вот ещё сейчас.

Двигаясь ловко и совершенно бесшумно, он покинул своё укрытие, выглянул из-за ствола дерева и увидел, как его преследователи, совершенно беспечно повернувшись к нему спиной, уходят туда, где лежал убитый.

Спуская курок, Тимофей чувствовал даже лёгкие угрызения совести. Очередь получилась длинная, патронов на десять, но он положил ею обоих и только после этого позволил себе, облокотившись на ствол упавшего дерева, перевести дух. В глазах всё плыло, сердце бешено билось от переполнявшего организм адреналина.

— Вот и всё, — пробормотал Тимофей. — Вот и закончилось.

Он снова выжил, убив для этого трёх человек. Иначе было нельзя. Испытывал ли он сожаления? Нет, конечно. Не возьми он их жизни, они были его убили. И хватит об этом. Лучше подумать о чём-то другом. Например, о том, что ему следует поторопиться, ибо у него есть задание. А посему сейчас следует выкурить сигарету, потом посмотреть, не найдётся ли у бандитов чего-нибудь ценного. Далее он заберёт свой вещмешок и отправится в путь. Прямо сейчас.

Сталкер вытащил сигарету, зажигалку и, уже собираясь прикуривать, обратил внимание на то, что справа что-то мелькнуло, нечто, как ему показалось, размытых очертаний и быстро двигающееся. А руки его уже вскидывали автомат, медленно, даже толком его не ухватив, ибо этому что-то мешало, ловили на мушку движущийся силуэт.

Причём тот уже удалялся, снова сливался с пёстрым фоном леса. Так что Тимофей успел выпустить лишь короткую очередь из трёх патронов. И этого, как ни странно, оказалось достаточно. Вновь исчезавший в лесу человек, а то, что это человек, стало ясно только в этот момент, резко, словно наткнувшись на невидимый удар, остановился и плашмя, как большая марионетка, у которой вдруг обрезали управлявшие ею нитки, рухнул на землю.

И настала тишина.

Нет, конечно, в лесу не было тихо. Там по-прежнему слышались лесные, тихие, самые разнообразные и таинственные звуки, говорящие о том, что он живой. Просто Тимофей вдруг перестал их слышать. Он сидел в этой полной, собственной тишине и оторопело смотрел то на автомат в руках, в прикладе которого торчал, вонзившись чуть ли не на треть клинка, метательный нож, то на лежавшую ничком фигуру в маск-халате. Медленно, словно сапер — опасную мину, он взял рукоять ножа и попытался его вытащить. Не тут-то было. Для того чтобы выдернуть клинок, пришлось приложить большие усилия. Дерево приклада просто не желало его отпускать. А когда это произошло, Ковальский тут же о ноже забыл. Небрежно швырнув его на землю, ибо таким оружием пользоваться не умел, держа автомат наготове, он подобрал с земли сигареты и зажигалку, которые отшвырнул, хватаясь за автомат. Потом двинулся к человеку, лежавшему на земле.