Леонид Кудрявцев – Пуля для контролера (страница 65)
Если надумают хитрить, у нее появится право напомнить о том, что честность — лучшая политика. Прилетевшая неизвестно откуда пуля, срезавшая кончик торчащей изо рта сигареты, очень способствует восстановлению памяти именно в этой области. Для особо тупых напоминание может быть и болезненным. Для начала можно отстрелить кончик уха. Не подействует — кое-что посущественнее.
Кошкина шла, ступая легко и ловко по странной траве, присущей только Зоне, может, и в самом деле появившейся здесь с какой-то чужой планеты или из другого времени, а может, и из иного пространства. Как и сама Зона. Как и все, что в ней есть. Кроме людей, конечно. Хотя… многие из живущих в Зоне так притерпелись к ней, притерлись, что, возможно, без нее уже не смогут. Стали ее частью? Вросли в нее? Насколько лично она вросла в Зону? Сумеет ли она когда-нибудь от нее уйти, если Зона дала ей фактически все, что она имеет? Главное — справедливость. У Зоны она есть. Если ты понимаешь ее законы, если живешь по ним, то она тебя потерпит, даст защиту от тех, кто их не признает. А защита значит покой, упорядоченность.
Она шла, то и дело на ходу оглядываясь, чувствуя себя уверенно и свободно. Ну и пусть ее называют ведьмой, даже боятся. Там, в городе, боялась она, там она так ходить не могла. Так где ей, стало быть, лучше, там или здесь?
Анна на эту тему даже сильно не задумывалась. Ответ был ясен и так.
Она двигалась по направлению к схрону, из которого не раз следила за блокпостом, когда проводила свои торговые операции. Он был оборудован в развилке большого дуба, куда она некогда затащила пару досок. Для того чтобы все устроить по уму, ей понадобился целый день, но зато в результате получился один из лучших схронов, которые у нее были. Он и сейчас ей послужит, не может не послужить. Только прежде надо будет проверить, не занял ли его кто-то.
А потом… ну, что потом? Суп с котом. Заляжет и будет ждать удобного момента, чтобы произвести выстрел. Куда он будет направлен? Это зависит от того, каким путем решит пойти ее партнер по игре. Можно поспорить, что он через блокпост пройти не рискнет. С ним сталкер, и это может быть чревато, очень чревато. Значит, либо полезет через колючку на насыпи, есть там одно место, либо попытается пройти по трубе под насыпью, поскольку она мощная и даже диаметром больше человеческого роста. И тот, и другой путь хорошо просматриваются из ее схрона. Ну а если они пойдут через насыпь, то надо будет всего лишь вовремя выстрелить в какую-нибудь железяку на рельсах, так, чтобы это услышали часовые, привлечь их внимание. Разбираться они не будут, кто там ползет и зачем. Начнут стрелять сразу. А от двух автоматов и пулемета на насыпи не сильно спрячешься. Причем к часовым тотчас прибежит подмога с блокпоста. И тоже откроет стрельбу.
Труба. Там еще проще. Она уникальна тем, что в ней никогда не переводится аномалия «электра». Либо на нее не действует выброс и, стало быть, эта аномалия существует здесь с самого начала Зоны, либо какие-то факторы способствуют тому, что она после каждого выброса возрождается вновь. Анне всегда казалось, что верно первое, что в трубе живет может быть самая старая аномалия Зоны. Тем более что вела она себя не так, как все прочие «электры». Она перемещалась вдоль трубы, словно тигр, пойманный и бегающий по загону. А у самого выхода из трубы ненадолго исчезала.
Опытные и отчаянные сталкеры частенько использовали эту трубу для того чтобы миновать насыпь и попасть на другую часть Кордона, через которую можно было пройти в Темную долину. Они, вовремя в нее нырнув, пристраивались за аномалией, когда она начинала свое путешествие к другому концу трубы. Главное было идти за ней точно, соблюдая дистанцию, и выпрыгнуть из трубы тоже в строго определенный момент. В общем, прохождение через нее можно было смело приравнять к разгуливанию по проволоке над пропастью и без страховки. Единственная ошибка заканчивалась, как правило, смертью. Для того чтобы это случилось, надо было идущего за аномалией всего лишь сбить с ритма, отвлечь на мгновение. Чем именно? Ну, например, просвистевшей возле головы пулей.