Леонид Кудрявцев – Охота на Квака (страница 36)
Неплохо. Но где же преследователи? Что-то они запаздывают.
Я уже хотел было заняться чтением таблички, в которой перечислялись тактико-технические характеристики монстра все еще исходившего слюной и пытавшегося до меня добраться, когда началось...
Как я и предполагал, они вломились в шатер зоопарка сразу через несколько дверей. Мусорщики, ясное дело, тотчас рассеялись в разные стороны и занялись поисками меня, грешного. Остальная публика повела себя менее организованно. Многие охотники попали в зоопарк вирусов впервые. Кое у кого из них, при виде мечущихся в клетках и ревущих тварей, сдали нервы. Послышались испуганные крики и выстрелы.
Меня это уже не интересовало. Я следил за мусорщиками. В предстоящем представлении, в роли зрителей мне нужны были именно они.
Наконец я дождался.
Один из мусорщиков выплыл из соседнего прохода, совсем неподалеку от меня и затянул давно уже надоевшую песню:
— Бродячая программа, если ты немедленно не сдашься, мы вынуждены будем тебя уничтожить.
Ну вот, осталось только решиться на последний шаг.
Для того чтобы это сделать мне не понадобилось много времени. Почему? Да потому что его у меня не было. Либо сейчас — либо никогда. Либо пан — либо пропал.
— Ну ты, шарообразный, — сказал я мусорщику. — Вам меня не взять. Усек? Знаешь почему?
— Бродячая программа, если ты немедленно не положишь свое оружие на пол, я буду вынужден, в соответствии с законом...
Все, время вышло.
Я нажал на кнопку замка. Дверь клетки мгновенно растаяла. Королевский тигр, пытавшийся проломить прутья решетки, заметил это не сразу, а когда заметил, было уже поздно. Я вошел в клетку.
— ...а также используя данные мне права, и учитывая твою потенциальную опасность, я применяю против тебя имеющееся в данный момент у меня...
— Дурак, — пробормотал я, поворачиваясь к королевскому тигру лицом.
Мгновением позже монстр сообразил что добыча наконец-то оказалась в пределах досягаемости и напал на меня.
— Ты прав, все они полные дураки и кретины, — сказал смотритель зоопарка. — А все потому, что программа, у которой нет возможности самостоятельного развития, обречена на непроходимую тупость. Почему, спросишь ты, нельзя сделать так, чтобы каждым мусорщиком управлял человек? Ну, сам понимаешь, людям надо платить деньги, и довольно неплохие. Именно поэтому девятнадцатью из двадцати мусорщиков управляют программы. Конечно, их разрабатывают очень большие мастера, но все-таки, все-таки, не один из них не рискнул ввести в свою программу возможность самостоятельного развития. И могу тебя уверить, что не рискнет. Почему? Ха, да потому, что при этом возрастает риск превращения одного из мусорщиков в бродячую программу. Или нескольких. Или всех. Смекаешь? Кстати, учти, тебе здорово повезло. Будь среди тех кто тебя ловил был хотя бы один управляемый человеком мусорщик, уж наверняка, купить так дешево его бы не удалось.
На вид смотрителю было лет двадцать, не больше. Щуплая фигура, худое лицо, на носу, в соответствии с годичной давности модой, большие роговые очки, с простыми стеклами. Короче, самый обыкновенный юный кукарача, будущий мастер.
Как этому мальцу подвезло устроиться на такой ответственный пост? Может у него родители являются большими шишками? Да нет, вряд ли. Большие шишки, как правило, стремятся устроить своих отпрысков на какую-нибудь синекуру, а тут надо работать. Таким образом, остается одно объяснение того, как подобный типчик мог стать смотрителем зоопарка. Передо мной, похоже, и в самом деле юный гений.
Я невольно посмотрел на смотрителя зоопарка с уважением.
Тот снисходительно улыбнулся и откинувшись поудобнее на спинку кресла, положил ноги на край пульта.
Ноббин выбил ногами по полу короткую дробь и сказал:
— При чем тут везение? Спорим, представление которое мы устроили, могло обмануть даже специалиста?
Смотритель зоопарка благосклонно кивнул.
— Обмануть? Согласен, это представление могло обмануть кого угодно. Вот только, настоящего специалиста оно бы не удовлетворило. Уж он бы наверняка попытался узнать о зоопарке вирусов побольше.
— Ну и что он такого мог узнать? — полюбопытствовал я.