Леонид Кудрявцев – Мир ведьмаков (страница 64)

— Ты слышал, чтобы из городов, осажденных ордой, кому-то удавалось выскользнуть? Особенно если орда решила сравнять его с землей.

— Значит, будем умирать?

— Возможно. Хотя…

Ларион остановился неподалеку от летающий тарелки, и стал задумчиво ее рассматривать.

Выход. Какой-то выход есть. Какой?

— Что, если его, этого атамана завтра жители города все-таки убьют? — растерянно спросил кот.

— Может, и получится, при очень большом везении.

Теперь Ларион очень внимательно рассматривал охранников тарелки. Их было целых два.

И это сейчас, подумал ведьмак, когда на баррикадах не хватает людей. Чудеса! А может, их снимут утром, когда они понадобятся чтобы идти воевать?

— Уверен? — спросил кот.

Кажется, в нем возрождалась надежда.

— Очень сильно сомневаюсь, — ответил Ларион. — Ну что они могут придумать? Танком его не возьмешь. Еще одну мину заложат? Сам же слышал, что их осталось с гулькин нос. И потом атаман теперь ученый. Один раз он впросак все-таки попал, это факт, потому что думал, будто такие штуки уже израсходованы подчистую. В следующий уже не попадется. Значит, завтра он насчет мин будет ну просто очень осторожен. Так ли трудно кинетику обнаружить на расстоянии и обезвредить мину, если он готов к тому, что ее на него поставят?

Тяжело вздохнув, Шестилап спросил:

— А что делать?

— Снимать штаны и бегать, — проворчал Федоров. — Сказал же, думать надо, хорошо думать.

— Как выбраться?

— Как орду уничтожить. Не забудь, тут, в этом городе, живет женщина, которую я… ну, в общем, я не хочу, чтобы она погибла. Смекаешь?

Он еще раз взглянул на тарелку и стал вполголоса насвистывать «Прощание славянки» — марш, имевший когда-то большую популярность.

— Да как же ее уничтожишь?! — взорвался кот. — Это невозможно.

— Можно — мрачно сказал Ларион. — Только путь этот рискованный и совершенно неэтичный.

— Как?!

— Пошли обратно на совет отцов города, — скомандовал ведьмак. — Есть одна идея. Не лежит у меня к ней душа, чувствую, что можно запросто лишиться головы, но делать нечего. Пошли, не стой столбом, а то угодишь в шаурму.

— Ты сделаешь это? — спросил мэр.

— Ну, конечно, — ответил Солон.

И улыбнулся.

Отвращение, которое Ларион чувствовал по отношению к себе, достигло предела.

— Ты понимаешь, что от твоих действий зависит жизнь всех жителей города?

— Да ладно вам, — сказал мальчик. — Я все понимаю. Незачем мне мозги прочищать. Если я напортачу — все погибнут, в том числе мама и я сам. В общем, я уже прикинул, что необходимо сделать, и все будет в лучшем виде, можете не сомневаться.

— Умница, — сказал Щербак.

Глаза у него были испуганные и ему явно тоже все это не нравилось.