Леонид Кудрявцев – Мир ведьмаков (страница 46)

— Нет. Хочешь побожусь?

Она слабо вздохнула, взглянула на него с надеждой и тихо спросила:

— А что если ты все-таки выполнишь желание Щербака? Формально все будет в порядке. Женщина отдаст свое время добровольно, продаст его фактически. Помощник мэра вернет дочь, души в которой не чаял. Думаю, ты можешь поставить условием сделки то, что нам не станут препятствовать жить вместе. И тебе не надо будет уезжать. Счастливый конец.

Ларион вздохнул.

— Это невозможно. Я не могу отступить от своих принципов.

— Даже ради меня?

— Даже так. И потом ты просто не представляешь, к чему это приведет.

— Жаль…

Они помолчали. Анна пожала плечами, слабо улыбнулась, заглянула ему в глаза.

— Мир устроен очень несправедливо. Почему те, кого любишь, все время уходят?

Что на это можно было ответить? Только обнять.

— Но ты вернешься? — спросила она. — Когда-нибудь.

— Вернусь, — ответил он. — И если найду хорошее место, жителям которого будет все равно, кто я есть и что умею, приеду за вами.

— Это хорошо. А такие места на Земле сейчас есть?

— Не слышал, но, может быть, и есть. Я, по крайней мере, буду искать.

— Ну это хоть что-то, — промолвила Анна. — Ты торопишься, но, может быть, у нас еще есть немного времени?

— Попрощаться?

— Да, — сказала она и подставила губы для поцелуя.

Мягкие, нежные, самые красивые губы в мире.

Жуков был коренастым, с солидным животиком. Он сидел в старом плетеном кресле, смотрел на Федорова сонными, слегка навыкате глазами и словно чему-то про себя улыбался, словно одновременно мысленно находился не здесь, а где-то в другом месте.

Еще он курил, старую, без фильтра сигарету. На пачке, лежавшей у него на столе, было написано «Гуцульские». Очевидно, она была с бывших военных складов.

— Объясни, — сказал Жуков, — к чему это может привести? И поподробнее, пожалуйста.

«А может, — подумал Ларион, — я ошибся? Сумеет ли такой увалень справиться с Щербаком? Хватит ли у него для этого сил, энергии? Наверное, уже нет. Впрочем, кто мне мешает в таком случае попытаться прорваться силой, нахрапом? Да никто. Только на это я пойду лишь в самом крайнем случае, а пока — надо объяснять, сидеть и объяснять. Если благодаря этому удастся выехать из города без стрельбы, шкурка выделки стоит».

— В общем, если я выполню хотя бы одну такую просьбу, а судя по всему твой помощник либо сегодня, либо завтра попытается меня заставить это сделать, вместо города откроется филиал ада.

— А именно?

— Все очень просто. Чем угодно готов поручиться, незамеченным это не останется. А в городе Пушкино, так же, как в любом другом, есть много людей, потерявших своих близких. Стоит им увидеть «вернувшуюся» дочку Щербака — и тут начнется черт те что. Каждый пожелает оживить какого-нибудь своего родственника. И очень быстро каждый сообразит, что тратить ради этого свою жизнь совсем не с руки. Возникнет гигантская нужда в людях, согласных пожертвовать свое время. За плату, понятное дело. Их, конечно, не хватит, поскольку не каждый решится на это. Зная людскую натуру, ты понимаешь, что будет дальше?

— И что?

Жуков с самым безмятежным видом потушил окурок в старинной хрустальной многогранной пепельнице, сел поудобнее, сложил руки на животе.

— Жертвователей будут делать, то есть людей начнут специально доводить до такого состояния, при котором они будут согласны отдать часть свое жизни, лишь бы их оставили в покое. Представляешь, в какой ад превратится твой город? А ведь это еще не все. Слух о том, что в твоем городе появился ведьмак, способный оживлять умерших, пойдет гулять и сюда потянутся приезжие.

— Что в этом плохого? Оживится торговля. Город станет богаче.