Леонид Кудрявцев – Космическая одиссея (страница 37)

— Кстати, я тут кое-что прикинул, — добавил Меченосец. — Похоже, если мы будем двигаться все в том же направлении, то к центру Галактики не попадем. Пройдем от него в стороне.

— И это тоже неплохо, — кивнул Спасатель. — Из тех же соображений. Хотя, кто знает, мне кажется, мы еще можем к нему попасть.

— Как это? — удивился Поросюшка. — Лететь в сторону от центра Галактики, а попасть прямо к нему?

— Мне так кажется, — упрямо повторил Спасатель. — Вот долетим увидим.

— Ох, уж эти тайны, — вздохнул Микут.

— Ничего, — примирительным тоном, сказал Спасатель. — Всему свой срок, всякому овощу свое время.

— Это точно, — проговорил Поросюшка. — Кажется, я догадываюсь…

— Тише, — быстро сказал ему Спасатель. — Мы вполне можем ошибаться.

— Да, вполне можем.

И на мордочке Поросюшки снова появилось так знакомое всем задумчивое выражение.

— Надоели вы мне со своими тайнами, — сказал Меченосец. — Ну что, полетели дальше?

— Полетели! — воскликнул Микут.

И они полетели к новому созвездию.

— Интересно, — через некоторое время сказал мальчик, — а каким будет послание, которое мы обнаружим на новом месте?

Поросюшка покачал головой.

— Этого не могу сказать даже я. Возможности моих родителей значительно превышают все, что пока могу я. А я, вы в этом убедились, кое-что уже могу.

— Ну да, — пробормотал Меченосец. — В этом мы уже убедились. Взять, к примеру, десептиконов или же пиратов. Что-то они поделывают сейчас?

— Как что? — откликнулся из своего кораблика Микут. — Поскольку оружием они пользоваться не могут, то, наверное, занялись честной работой. Не могу представить, чтобы можно было заниматься чем-то нечестным, не пользуясь оружием.

— Это почему? — заинтересовался Поросюшка.

— Да потому, что нечестные люди, как правило, жуткие трусы. Уверенность и наглость им придает только одно — оружие.

— Тут ты прав, — сказал Спасатель. — Причем могу добавить, что оружием не обязательно является само оружие, так сказать, те предметы, с помощью которых можно убить или искалечить другие мыслящие существа. Ум, хитрость тоже являются оружием с помощью которого можно ограбить, а то и уничтожить кого-нибудь. Видимо, само понятие честности включает в себя то, как то или иное мыслящее существо использует свой ум. Если во вред другим, а на пользу лишь себе — то это самая настоящая нечестность.

— А десептиконы? — спросил Микут. — Они как, честные или нет? Ведь они борются за то, чтобы обладать Землей и не скрывают своих намерений.

— Правильно, только чаще всего они используют подлые методы, — сказал Смельчак. — Именно поэтому они и нечестные. И потом, захватив власть над Землей, позаботятся ли они о ком-нибудь кроме себя? Станет ли от этого кому-нибудь лучше? Нет, уверен, большинству людей от этого станет только хуже.

— А жаль, — вздохнул Микут. — Если бы десептиконы перевоспитались и поняли, что так жить нельзя, мы могли бы их принять к себе и стать вдвое сильнее.

— Может быть, когда-нибудь это и случится, — задумчиво проговорил Спасатель. — Собственно, большинство десептиконов попросту обмануты Скарпаногом и его помощником Смертоносцем. Когда-нибудь они одумаются.

— Будем надеяться, что это произойдет скоро, — сказал Микут.

— Да, будем надеяться.

Глава 8

Следующее послание представляло из себя несколько огромных скал, расположенных в середине большой пустыни. Скалы были такие огромные, что песок их засыпать не мог.

Нашел это послание Смельчак.