Константин Калбанов – В шаге от дома (страница 90)
Не убранный во дворе снег – в ту же копилку. Хотя человеческих следов хватает. Не иначе как Ерохин озаботился легендированием явочной квартиры. Дом-то на продаже. Вот и водят потенциальных покупателей или кого иного под их видом. Не суть важно. Главное, что следы и сметенный с крыльца снег никого не удивят.
Дверь оказалась незапертой. Значит, Ерохин уже здесь. Но это не повод расслабляться. Извлек из кобуры «Грозу», с едва различимым щелчком снял с предохранителя. Затвор передергивать нет необходимости, патрон уже в стволе. И это не резинки. Травматическими боеприпасами снаряжен «бульдог», а в пистолете боевые.
Вооружился фонарем, и тут же заиндевелая прихожая осветилась конусом бледного света. Прошел к двери в комнату, прикрыв за собой входную. Распахнул, тут же уходя в сторону и выставляя перед собой руки с фонарем и пистолетом.
– Спокойно, Шаман. Здесь только я и Вирус, – послышался знакомый голос Ерохина. – Проходи, снаружи нас страхует пара егерей.
– А встречу организовать нельзя было? – недовольно буркнул Игорь, переступая через порог.
Ерохин сидел за столом, сложив на столешнице руки в меховых перчатках. Вирус пристроился рядом, таращась в монитор ноутбука. Парень в своей стихии. Бог весть, чем он там сейчас занимается. Но Игорь предполагал, что работает с находящимися в округе ретрансляторами. Знакомая и уже обыденная, но оттого не менее важная работа.
– Зачем лишний раз маячить перед возможными свидетелями? – пожал плечами лейтенант. – К тому же не факт, что ты бы не воспринял встречающего как врага и не пустил в ход оружие. А так, обозначились голосом, и никто, кроме тебя, не услышит.
– А если бы это был не я?
– Тогда бы нам подали знак. Извини, чай не предлагаю, но могу налить шкалик коньячку. Как насчет таболатского пятилетней выдержки?
– А давай, – присаживаясь напротив и устраиваясь так, чтобы опустить седалище на полу куртки, согласился Игорь.
Ерохин извлек из нагрудного кармана плоскую фляжку, открутил крышку и протянул гостю. Ясное дело, что использование подобной посуды исключало какие-либо стаканчики. Благородный напиток приятно ожег небо, горячей струйкой скатился по пищеводу и разлился теплом по желудку. Хорошо-о.
– Ну и как сходили? – поинтересовался Ерохин.
– Можно подумать, ты не знаешь. Я ведь успел заскочить в контору и доложиться. Даже рапорт накорябал.
– Я не о том, что вошло в рапорт и доклад.
– Нормально. Кукловоды получили хорошую картинку, да еще и не ночного боя. Как и уговаривались, мы все были в очках.
– Что новички? С имплантатами?
– Только девушка.
– Кукловоды на связь выходили?
– Нет.
– А эта Борисова? Я так понимаю, ты решил взять ее в отряд? – продолжал сыпать вопросами Ерохин.
– Мне не помешает снайпер, тем более с боевым опытом.
– Кхм… Вообще-то новые люди в команде сейчас нежелательны. Коль скоро заряжена, то и вероятность того, что она из засланных, довольно велика.
– Был такой хороший американский фильм, назывался «Неприкасаемые». Так вот там показана насквозь коррумпированная полиция, и когда группе понадобился помощник, старый полицейский сказал золотые слова. Дословно не помню, но что-то типа: «Если сомневаешься, не попадется ли тебе гнилое яблоко в бочке, сорви его с дерева».
– И они взяли последнего члена команды прямиком из полицейской академии, – проявил осведомленность Андрей.
– Именно. Знаешь, такое внедрение – все же как-то слишком даже для кукловодов. Мы обнаружили ее в плену у горцев.
– Которые должны были продать ее в факторию. Вы накрываете Лайяту, освобождаете девушку, она сообщает о том, что является снайпером…
– И идет лесом, – покачав головой, перебил его Игорь. – Хотя бы потому, что я понятия не имел бы, как она оказалась в фактории. А так я сам видел ее в плену и лично разрезал вовсе не бутафорские веревки, оставившие реальные следы на запястьях. И то, что с ней обошлись хорошо, вовсе не показатель. Могли ведь что-нибудь учудить. На подобное внедрение можно пойти только по убеждениям, а не за деньги.
– Ну, хорошо. Для чего-то же ее зарядили имплантатом.
– Есть у меня по этому поводу кое-какое предположение.