Константин Калбанов – В шаге от дома (страница 71)
На то чтобы обойти наблюдателей, понадобилось целых два часа. Признаться, вымотались они за это время изрядно. Ну да никто не говорил, что будет легко. Зато удалось зайти с тыла, и весьма удачно. Пусть позиция группы и оказалась пониже занимаемой кукловодами, зато их лагерь как на ладони.
Рассмотреть ребяток несложно, даже несмотря на их белые комбинезоны. И принадлежность к кукловодам определялась сразу. Ну а кто еще-то? Даже если у невьянских безопасников есть СВД и РПК, то «Валов» у них не водилось отродясь. Иначе Бурый так не возбуждался бы. А вооружение наблюдаемой Шаманом тройки было именно таковым.
До двоих, что устроились ниже уреза, метров двести. До наблюдателя на посту – метров на полста больше. Так себе дистанция, даже для Игоря, ни разу не снайпера. Остается определиться, кого из них брать живым, а кого валить наглухо. И выбирать нужно только одного. Без вариантов. Тут не до жадности.
Причем действовать предстоит настолько быстро, насколько это вообще возможно. Сомнительно, чтобы эти ребята имели непрерывную связь с базой. Это попросту нереально. Если только…
Игорь поднял взгляд в небо. Хм. Вроде никаких дронов. Небо затянуто тучами, но они достаточно высоко. Ретранслятор, работающий в онлайн-режиме? Вряд ли. Не могут же они исключать возможность пеленгации. Значит, плановый выход на связь с передачей пакетов данных.
Словно подтверждая мысли Шамана, один из неизвестных, вооруженный «Валом», включил радиостанцию и начал передачу. Разговаривал недолго. Как видно, доложил о ситуации и получил приказ продолжать слежку. Бородин понял это, увидев безнадежный жест старшего в ответ на вопрос подчиненного. Ну а кто же еще вел переговоры с руководством?
– Волк, сможешь снять наблюдателя?
– Обижаешь, Шаман. Первым же выстрелом.
– Док, пулеметчика.
– Ясно.
– Я работаю первым. Вы следом. Док, контролируешь подстреленных, при необходимости добиваешь. Волк, бежишь к старшему, только не перекрывай мне линию огня. Я бью ему в плечо и буду контролировать. Если мало, пальну по конечностям. Его берем живым, поэтому запомни, Волк, – даже не думай хвататься за оружие. Нужно чем-то занять руки – возьми конец веревки. Уяснил?
– Не маленький, – обиженно буркнул Антон.
– Работаем.
Шаман выполз на позицию и пристроил винтовку, обмотанную в белые лоскуты. Оптика исправно приблизила панораму. Четырехкратного увеличения вполне достаточно, чтобы на таком расстоянии рассмотреть лицо. Вернее, было бы достаточно, если бы кукловоды не скрывали лица под белыми масками. Только прорези для глаз и рта.
Птичка послушно переместилась с головы на плечо. Мужчину окликнули, и он обернулся, подставив спину. Снова птичку на плечо. Задержать дыхание. Пора. Выстрел! Панорама дернулась, и тут же все встало на свои места. Сбоку уже слышатся одиночные выстрелы РПК и щелчок «Вала», словно кто-то выстрелил из воздушки.
Как там с результатом у парней, Игорь не видит. Потому что все время контролирует своего. Одного нужно взять живым. Во что бы то ни стало. И этот жив. А ничего так, боевой мужик. Поначалу схватился за плечо и даже упал. Но теперь вскочил, правая рука поникла плетью. «Вал» висит на груди, неудобно, под правую руку. Но раненый попытался изготовиться для стрельбы левой.
Выстрел! Опорная левая нога подломилась, и кукловод упал в снег. Больно мужику. Но он не сдается. Пытается перевернуться на спину, чтобы отработать-таки по набегающему на него Волку. Выстрел! Правая нога дернулась от попадания. Вот только и новое ранение, причинив бедолаге страдания, не исторгло из него крик.
Сильный мужик. Шаман даже мысленно восхитился. Но как бы контролер ни был силен духом и телом, поделать он все же ничего не смог. Вскоре ему на спину взгромоздился Волк. Ничуть не заботясь о самочувствии раненого, он заломил ему руки и ловко связал кисти.
– Док, давай к Волку.
– Есть! – Овчинин подорвался и побежал к товарищу.
Шаман же наконец повел прицелом по сторонам. Оба кукловода лежали без движения. Бородин припомнил, что слышал еще один щелчок «Вала». Значит, Док кого-то добивал. Нормально. Так и должно быть. Им нужен только один. И они его взяли.