Константин Калбанов – Танкист-4 (страница 51)

Радист-4 — 0.

Стрелок-4 — 4801.

Топограф-4 — 0.

Фехтовальщик-4 — 109.

Штурмовик-4 — 1080.

Воинские умения

Камуфляж-4 — 88845.

Кошачье зрение-2 —35/16000.

Наблюдательность-4 — 168.

— Ну слава богу, — с облегчением выдохнула она, видя, что оба возрождения в наличии. — А этот хам?

— Минус возрождение, и теперь отправится в запас. Во всяком случае, пока не поднимет Суть до десятой ступени.

— Завтракать будешь?

— А покормишь?

— Дурак, ты Нестеров, — вздохнув, произнесла она, направляясь на кухню.

— Таня, я что подумал-то. А выходи за меня замуж, — идя следом, произнёс он.

— О как! А что это ты вдруг созрел? — остановившись у плиты, с нескрываемым удивлением обернулась она.

— Просто хочу быть с тобой рядом, — пожал он плечами.

— Нестеров, а нельзя было это обставить как-нибудь… — она сделала неопределённый жест, — Ну, как-то поромантичней, что ли. Ладно бы был сиволапым крестьянином. Но ведь высшее образование за плечами. Опять же, книг сколько перечитал, в том числе и любовных романов. И тут вдруг… — она развела руками. — Хоть бы завалящий букетик цветов принёс.

— Хм. Это значит нет?

— Это значит да. Но если ты не пересмотришь своё отношение, я тебя брошу.

— И это, Таня. Давай не будем откладывать с детьми.

— Нестеров! — возмутилась девушка, подобному подходу.

— Я просто подумал тут... В общем, твои и мои родители не инициированные, а век их не так уж и долог, как хотелось бы. Опять же, что-то мне подсказывает, что с этим лучше не тянуть, пока есть спокойное время.

— Думаешь будет война? — насторожилась она.

— Сомнительно. Но полагаю, что нас, в смысле, все человечество, ждут серьёзные перемены. Как бы в начавшейся гонке, нам вообще не оказалось бы не до детей. И потом, кто знает, какие ещё могут случиться перемены. Тридцать лет, Эфир оставался неизменным. Не успели мы его хоть мало-мальски изучить, как он начал менять правила. Причём, не сказать, что столь уж незначительно.

— И с чего начнём? С детей или венчания? — с хитрым прищуром, поинтересовалась она.

— С завтрака, — сложил он ладони на груди в умоляющем жесте. — У меня с ужина во рту ни маковой росинки.

— Ох, Нестеров. Все-то у тебя ни как у людей. Садись, горе моё луковое, — указала она на стул у кухонного стола…

Глава 11. За новыми перспективами

Над вокзалом раздался перестук сцепок вагонов, и поезд наконец замер у перрона. Паровоз устало вздохнул, окутавшись облаком пара, которое тут же истаяло. Это словно послужило сигналом для проводников, и они практически синхронно начали открывать двери. Состав, к слову, совсем небольшой, всего-то четыре вагона. Но и станция тупиковая, к тому же направление ни разу не пользуется популярностью.