Константин Калбанов – Танкист-4 (страница 42)

— Да. Это я. Я такой, — поспешно закивал он болванчиком.

— Но мне было обидно.

— Я исправлюсь. Честно, честно.

Он крепче прижал её к себе, и склонился к ней с поцелуем. Поначалу её обычно мягкие губы были неподатливы, но потом размякли и она ответила на поцелуй. А тот в свою очередь становился всё более требовательным, напористым и жарким. В какой-то момент Тане пришлось собрать в кулак всю свою волю, и разорвав контакт, прильнуть к его плечу.

— Не дразни, — едва слышно произнесла она. — Садись, буду тебя кормить.

— Кхм. Я-а…

— Не хочешь есть?

— Нет, — под урчание живота, произнёс он.

— Оно и видно. Садись, герой любовник. У нас ещё уйма времени впереди.

После обеда пошли прогуляться по городу, благо полуденный зной уже пошёл на убыль, хотя до настоящей прохлады ещё и далеко. Поймав такси, сразу направились в Адмиральский сквер. С одной стороны, это излюбленное место горожан для променада, с другой рядом находилась уютная кофейня, где можно полакомиться великолепным мороженным.

— Витя, а это не Ярика фильм? — указав на афишу, спросила Таня.

Они как раз вышли из такси, проходили мимо кинотеатра. В кассы тянулась длинная очередь, что случается либо в выходные и праздничные дни, либо во время премьеры. Сейчас середина недели, на афише сегодняшняя дата, а значит премьера, и всё за то, что картина пользуется неподдельным интересом.

— «Оскал», — прочитал Виктор лаконичное и угрожающее название. — Да, это его фильм, вон в углу, режиссёр Потапов. Хочешь пойти?

— Н-нет, — чуть задумавшись, покачала она головой. — Во-первых, не хочется терять время на стояние в очереди. А во-вторых, я видела всё своими глазами. Никогда этого не забуду, но и лишний раз вспоминать не хочется. Если уж в кино, то на что-нибудь повеселее.

— Согласен. Вот им, — Виктор кивнул на горожан в очереди, — это не повредит, а с нас хватит и того, чему мы сами были свидетелями. Тогда в сквер, или сначала по мороженному?

— В кофейню, — решительно произнесла она.

После мороженного была прогулка по парку, и в итоге они всё же сходили в кино, только про любовь. Странное дело, но понравилось не только Тане, и целовались они не всё время. В какой-то момент оторвались друг от друга увлёкшись происходящим на большом экране. С сеанса вышли чрезвычайно довольные, а тут ещё и дневную жару сменила вечерняя прохлада.

— Господи, Виктор Антипович, — всплеснула руками Аксинья, увидев его в дверях квартиры Аршиновых.

— Прости, Аксинья, но я не один, надеюсь это не разобьёт твоё сердце, — озарившись улыбкой, произнёс Виктор.

— Всё бы вам шутить, — выглядывая из двери произнесла прислуга, и тут заметила стоявшую в сторонке Баеву. — Господи, Татьяна Леонидовна, здравствуйте. Проходите пожалуйста. Что же вы Виктор Антипович, разве же можно так-то, — пожурила она Нестерова.

При этом в её тоне и взгляде не было ни капли игривости, она была по настоящему рассержена на всеобщего любимца. К слову досталось и от Татьяны, стрельнувшей в него осуждающим взглядом. Ведь это именно он оттеснил её в сторонку, чтобы подругу сразу не приметили.

— Больше не буду, — вслух повинился он.

— Вот и не поступайте так. Выставили меня невеждой какой, — принимая у Татьяны зонтик и шляпку, строго заметила Аксинья.

Наконец она провела их в столовую, где уже собрались к ужину… Хм. Ладно Ромка, его Виктор ожидал увидеть. Но вот сидевший за столом Данила удивил. Как и присутствие уже знакомых Нестерову друзей семейства Аршиновых, вместе с дочерью. Валентину усадили рядом с Данилой, и тот, судя по всему этому ничуть не возражал.

Да и правильно. Хорошая девушка, и дело даже не в том, что она протеже его матери. Хотя зная отношение Данилы к вопросу обзаведения семьёй, Виктор несколько удивился подобному настрою. Впрочем, думать об этом было некогда, Нестерову вдруг сразу стало неловко, ведь изначально именно ему прочили эту девушку в невесты.

— Господи, Витя, Танюша, да что же вы как снег на голову-то, — тут же всполошилась Анна Фёдоровна.

Хозяйка и Роман встретили гостей довольно бурно. Последний едва сдерживался, чтобы не уволочь друга в кабинет отца, и пообщаться без лишних свидетелей. Но был лишён подобной возможности. Тем паче, что Аксинья уже выставляла на стол два дополнительных прибора.