Константин Калбанов – Танкист-4 (страница 2)
— Гранин, — окликнул Нестеров.
Оно конечно можно и по рации, но зачем, если вот он, в полутора десятках метров от него.
— Я, — тут же откликнулся командир второй мотокоманды
— Забирай парней Рогова, дуйте вон к тому взгорку и занимайте позицию.
— Есть, — с готовностью ответил унтер.
— Сидор Матвеевич, отцепляй их.
— Делаем, — подав сигнал одному из своих парней, отозвался старший унтер.
По его знаку один из никарагуанцев тут же склонился над задним бортом танкового прицепа, и расцепил фаркоп. После чего Виктор скомандовал Уткину трогать, и БРДМ сорвался с места, увлекая с собой отделение стрелков на танковом прицепе. Нестеров предполагал, что возможно Рогову придётся столкнуться с противником, а потому посчитал лишним отправлять с ним усиление из четырёх сандинистов.
Прицеп подцепили к такому же сцепленному с мотоциклом. Правда, если снаряжение техника ещё утащит, то о людях нечего и думать. Поэтому бойцы ухватились за ручки на сиденьях, и побежали рядом. Держась за буксир бежать в разы проще, и быстрее. А у них на счету каждая секунда.
Закатив танковый прицеп за очередную незначительную возвышенность, которой хватало только на то, чтобы укрыть его, Виктор скомандовал остановку. Старший унтер Овечкин в свою очередь распорядился отцепиться от «бардака», и поспешил распределить личный состав по позиции, в резких и ёмких выражениях обозначив задачу закопаться как можно глубже. Впрочем, тут времени-то, хорошо как удастся хоть какой-то бруствер накидать.
Старого вояку учить, только портить. Виктор и не стал. Ни поучать, ни взбадривать добрым словом. Тот и без того понимает, что задание практически самоубийственное. Два отделения на неподготовленных позициях, и даже при отсутствии оных, да ещё на удалении друг от друга в четыре сотни метров. Оно конечно при поддержке БРДМ, но против них не стрелковая рота, без тяжёлого вооружения.
Оставив десант, Нестеров направил «бардак» к опушке леса, откуда выползала серая лента дороги. Первое мая. Сухой сезон всё ещё держится, а потому из под колёс вырываются целые клубы пыли, что твоя дымзавеса. Н-да. Вообще-то, хотя бы кратковременный ливень не помешал бы. Вот что задержало бы наступающих куда эффективнее его разведвзвода. Впрочем, таковым он числится только по штатам. В реальности уже давно является штурмовым.
Метрах в двухстах от опушки приметили промоину, и мех-вод ловко ввинтил в неё «бардак». Получилось весьма удачно. Снаружи осталась только башня, прикрытая раскидистым кустом можжевельника. Одно плохо, выбраться отсюда можно только задним ходом, при этом подставляя борт.
Но это не так страшно, если здесь не задерживаться. Тридцатисемимиллиметровые противотанковые пушки янки не так эффективны против их брони. Им только по устаревшим танкам работать, там броня в основе своей с противопульная. Но их БРДМ машина нового поколения. Снаряд такой пушки сможет забраться им под шкуру только при ну о-очень неудачном стечении обстоятельств.
К слову, все танки янки в основном такие старички и есть. Их можно разобрать даже из крупняка. И именно к таким относился М-1, у которого даже лобовая броня достигает всего лишь шестнадцати миллиметров. Правда, из пулемёта они по нему работать не собирались. Их нужно валить наглухо, так, чтобы они после не создавали проблем. Опять же, психологический эффект для наступающих.
Новые М-2 имеют более серьёзную защиту во лбу, тридцать два миллиметра, плюс рациональный наклон брони. Этот пулемёту уже не взять, он и сорокасемимиллиметровке не всегда по зубам. Но против их семидесяти шести миллиметров не выстоит, однозначно. Причём, даже с расстояния в два километра. Борта же и корма имеют всё ту же противопульную защиту.
Схватку их «бардака» против янки, иначе как избиением младенцев назвать нельзя. Настолько велика разница в качестве этих машин. Но, это только в теории. На практике, им уже доводилось драться против японцев, танки которых ещё хуже американских. И они сумели сбить с Нестерова излишнюю самоуверенность. А когда в связке с танкистами действуют ещё и артиллеристы, и вовсе кисло получается. Так что, янки он воспринимал вполне серьёзно, и драться собирался без дураков.