Константин Калбанов – Танкист-2 (страница 41)
Выбравшись наружу, первым делом осмотрелся. Из танка обзор так себе. Никакой, в общем-то. В командирский перископ видно конечно получше. Но кто же ему позволит в него пялиться. Да еще и во время боя.
Вон он, танк с бортовым номером сто одиннадцать. Который пока еще можно рассмотреть. Машина объята пламенем. Еще немного и начнет рваться боекомплект. В принципе, и республиканские и советские машины не столь пожароопасны, как может показаться. Хотя большевики и используют карбюраторные двигатели. Тут ведь главное толково расположить баки с горючим.
В случае возгорания, у экипажа достаточно времени, чтобы покинуть технику. Но это если пожар начинается не в боевом отделении. Явление не частое, но случается. Если до такого доходит, то экипаж зачастую попросту не способен спастись, ввиду ранений или гибели.
Словом, взводный погиб. Хм. Как и экипаж второй машины. Вон она стоит с вырванным бортовым листом брони. Похоже гаубичный снаряд пробил крышу, и рванул внутри. Н-да. Повоевали.
Ага. Появились грузовики с мотопехотой. Судя по колонне не меньше батальона. У Виктора засосало под ложечкой от подкатившего страха, а по спине пробежал озноб нетерпения. Вот так у него все противоречиво. Ох чует его сердце, что на этом ничего не закончится. С чего бы тогда подтягивать стрелков.
— Кадилов, от первого взвода только твой танк и остался. Но задачу никто не отменял, — взял быка за рога ротный, едва они подошли к его машине.
Тем временем стрелки спешивались, и просачивались в лес. Три взвода огневой поддержки разворачивали свои минометы. Но Виктор был уверен в том, что это лишено смысла. Большевики уже у самой границы, а кто порезвее так и вовсе на советской территории. Тут всего-то порядка километра. Остается проконтролировать их выдворение за кордон. Только, так просто не будет. Нужно же как-то ответить. Да побольнее.
— Смотрите, — продолжил ротный, развернув карту. — Противник пришел отсюда. Вот здесь полустанок, где красные сосредоточили свои силы, а потом развернули наступление. Вполне ожидаемо, что в случае их неудачи мы ударим в направлении полустанка. И наверняка нас там уже будут ждать.
Сомнительная какая-то игра, в результате которой советы лишились десяти дорогих, современных машин. Плата за опыт штурма долговременного узла обороны? Слишком уж дорого. Да и потери в людских ресурсах значительные.
Кстати, не меньше роты мотострелков сейчас обходит поле боя и подбитые машины, собирая и извлекая трупы. Полностью разоружают, грузят на грузовики и увозят в тыл. Там уже разберутся, кто погиб окончательно, а кто еще возродится. У советов система образования поставлена на широкую ногу, не отнять. Но и у них далеко не все имеют среднее. А значит, отсутствует и возрождение. В особенности таких много среди крестьян.
— Пока мы будем имитировать атаку там, где они этого ждут, вы, с приданными вам двумя отделениями мотострелков и минометным расчетом, обойдете противника с фланга, и выйдите к их шестнадцатой заставе. По штатам там сорок два бойца. Какая-то часть находится в нарядах на границе. На вашей стороне будет внезапность и подавляющее превосходство в огневой мощи. Нестеров, у вас «Топоргаф» второй ступени?
— Так точно, — подтвердил Виктор.
— И вы регулярно помогали механику водителю с машиной. Значит, состояние техники знаете?
— Так точно.
— Взгляните на карту. Идти предстоит вот по этой реке. Дно каменистое, больших валунов препятствующих движению нет. Течение сильное, но глубина не превышает метра, так что танк пройдет без проблем. Далее, вот этот ручей. Поднимаетесь по нему и выходите во фланг заставе. О пограничных нарядах позаботятся две группы спецназа ДБР. Как оцениваете, ваша машина сумеет преодолеть этот маршрут?
Виктор вгляделся в качественно исполненную карту. Благодаря матрице высот и качественно выполненной прорисовке, он четко видел перед собой трехмерную модель местности, которую предстояло преодолеть. Мог оценить сложность маршрута с высокой долей точности. Понятно, отчего вместе с унтером вызвали и его. Сомнительно, чтобы у Кадилова было развито Умение «Топограф». Ну и машину Виктор реально знал лучше него.