Константин Калбанов – Танкист-2 (страница 108)

— Прям подспорье, — хмыкнул Виктор.

— Напрасно иронизируешь. Расхожее мнение, что серьезных результатов в получении опыта можно добиться только в военной сфере, не совсем верное. Или даже спорное.

— Ну-ка, ну-ка, даже интересно, — подбодрил он Таню.

При этом накрыл ладонью левой руки ее пальчики, на его локте. Те едва заметно вздрогнула, что он тут же ощутил, но руку она не отдернула. Отчего волнующее сосущее ощущение под ложечкой опустилось к животу, и вновь поднялся вверх. Ну чисто мальчик одуванчик! Подумал об этом и тут же отмахнулся от этой мысли. Плевать! Ему сейчас хорошо!

— За каждое успешное лечение, даже насморка, доктору идет опыт. Каждый поставленный диагноз, так же вознаграждается Эфиром. Спасенная жизнь приносит тысячу очков опыта. Не важно, ранен был пациент или болен. С каждым спасенным вознаграждение увеличивается на один процент. Но не как в прогрессе со стрельбой, когда ты поражаешь в голову. Там в случае промаха прогресс прерывается, и нужно начинать все с начала. У врачей этого не происходит.

— То есть, после ста спасенных опыт увеличивается вдвое, а после двухсот втрое?

— Все верно.

— Да это даже круче чем стрельба получается. Только тут расчет в долгую.

— Ну да, процесс не быстрый. И потом, поди еще спаси эту сотню жизней. Не так уж это и просто. Ну и такой момент, что ты ведь лечишь не один. В той же операционной с тобой трудится операционная бригада, потом уход за больным, перевязки. Все очень сложно, и получаемый опыт в разной степени распределяется между всеми причастными.

— Ну, это мне как раз понятно. У нас в армии так же. Так, а прогресс-то кому идет?

— Тому чью роль в спасении больного Эфир посчитает наиболее верной. К примеру, квалифицированный диагност с хорошо развитыми соответствующими Умениями правильно поставил диагноз и таким образом, определил направление в котором следует вести лечение. Или обычная медсестра на поле боя наложила жгут, и не позволила раненому истечь кровью. Опыт распределится по всем причастным, но львиная доля и прогресс уйдут именно ей. Конечно не всегда, и это грубо…

— Я понял. А если «Аптечка»?

— Артефакты в зачет не идут. Тут ведь ты и сам можешь назначить цену за лечение, получив соответствующее количество опыта.

— Как же ты назначишь цену, если не знаешь, что можно взять с раненого? — хмыкнул Виктор.

— А ты пользовался «Аптечкой»? — удивилась она.

— Пользовался.

— Ничего себе ты разбогател.

— Да чего разбогател-то сразу, — смутился он. — В училище выдавали. Каждому офицеру полагается одна под отчет, на весь период службы. Ну я пару раз и использовал.

— Ясно. А чего тогда задаешь глупые вопросы?

— Да почему глупые-то?

— Да потому что когда выскакивает сообщение об использовании «Аптечки», появляется и наличие свободного опыта у больного.

— Не появляется ничего, — убежденно возразил Виктор.

— Странно. А как ты ее используешь?

— Представляю ноль, и использую. Я товарищей поднимал, так что мне их опыт ни к чему.

— Как это поднимал? — остановившись и вперив в него внимательный взгляд, спросила она.

— Ну-у… Кхм. В бою дело было. Какая-там плата. Да нормально все, Таня. С меня как с гуся вода. Ни единой царапины.

— Понятно. Тут все просто, представляешь сначала единичку, и появляется дополнительное сообщение в котором указывается количество свободного опыта больного. Вносишь правку и активируешь.

— Понятно.

— Кстати, а ты в курсе, что Подольская Инна и Савелов Андрей расстались? — вновь отстранившись, и заглянув ему в лицо, поинтересовалась она.

— Нет. А что так? — удивившись смене темы разговора, поинтересовался он.