Константин Калбанов – Танкист-1 (страница 76)

— Юнкер Золотько, разрешите обратиться?

— Обращайтесь.

— Абитуриент Нестеров, прибыл нарочным с документами в строевую часть нашего училища.

— Где пакет? — переведя взгляд на Виктора, поинтересовался поручик.

— У меня.

Парень опустился на колено, и открыв крышку чемоданчика, извлек лежавший сверху запечатанный пакет. Но тут же замер не решаясь передать его поручику. Он ведь никак не мог быть капитаном Колокольниковым.

— В чем дело, господин абитуриент?

— Н-но, я ведь должен передать его начальнику строевой части, — нерешительно произнес он.

— Вообще-то, в строевую часть, — послышалось из-за спины, вслед за скрипнувшей дверью. — Но если вам так уж это необходимо. Капитан Колокольников, начальник строевой части Владивостокского высшего военного танкового командного училища.

— Прошу прощения господин капитан. Мне сказали… — начал было и запнулся Виктор.

— Забавляетесь, Золотько? — офицер глянул юнкера.

— Никак нет, товарищ капитан, — вытянувшись и задрав подбородок, бодро ответил тот.

— Вот это правильно. Подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый. Можете идти, юнкер, — забирая у Виктора бумаги, произнес капитан.

— А вы уже вернулись? — сам не зная отчего, вдруг поинтересовался Виктор.

— Вернулся откуда, молодой человек?

— Из штаба округа.

— Что бы мне там делать. У меня и тут забот полон рот, — вскрыв пакет, хмыкнул офицер. — Та-а-ак. В последний вагон стало быть. Ладно, — и к поручику, — оформляй и сразу на котловое довольствие. А вы, сейчас направо по коридору, на лестницу и во двор. Обойдете плац по периметру, четырехэтажная казарма напротив, четвертый этаж. Там вас встретят. Передадите вот эту бумагу, — шлепнув печать, на какой-то квиток, произнес капитан.

— Понял, — кивнув, ответил Виктор.

— Ну а раз понял, выполнять, — усмехнулся капитан.

Найти казарму не составило труда. Тут все рядом. Посредине большой плац. По периметру три учебных корпуса, напротив первого четырехэтажная казарма. Справа от крыльца курилка, где сидела разномастная и шумная толпа абитуриентов. Сунулся было пройти напрямки, через плац. Но был остановлен каким-то майором, и отправлен в обход, как ему и говорил Колокольников.

В курилке его встретили добродушным приветственным гомоном. Кто-то сразу нацелился на лукошко со съестным. Виктор не стал жадничать, и все его остававшиеся припасы разлетелись в момент. Оказывается, некоторые из ребят здесь проживают уже по четыре дня, и считались старожилами, успевшими истосковаться по гражданским харчам. Именно так они и заявили. Да еще и с эдакой ленцой и чувством превосходства. Мол, они уже знают службу, не то что некоторые.

Но Виктору было наплевать! Он был счастлив! Потому что это уже не шаг к мечте, она была на расстоянии вытянутой руки.

Глава 15. День первый

— Рота-а! Подъе-ом! Форма одежды спортивная!

Голос дежурного ворвался в сладкий сон и заставил открыть глаза. На новом месте и на продавленной пружинной кровати Виктору спаслось на удивление сладко. Возможно на фоне того, что он оказался последним абитуриентом зачисленным в списки второй роты набора.

Всего их было две, временно сформированных из поступающих. Впоследствии останется только одна. Да и то, в сильно урезанном составе. Штатная численность учебной роты училища сто двадцать человек, четыре взвода по тридцать юнкеров. Но сейчас в двух казармах находится около четырехсот человек.

— Второй взвод, ну чего валяемся как не родные! Встаем! — а это их взводный, юнкер Воронов.

Невысокий крепыш, с весьма неприятным характером. Это не выводы Виктора, а итоги наблюдений «старожилов». И вообще, они считают, что командовать ими поставили каких-то недалеких болванов. Ничего, вот сдадут вступительные экзамены, они их тут научат как Родину любить и службу нести. Потому как голову нужно иметь на плечах, а не тупую кочерыжку!

— Встаем! Подъем, мать вашу! — Воронов прохаживался в проходе между рядами двухъярусных коек, с голым торсом в галифе и сапогах.

Над головой Виктора скрипнули пружины койки второго яруса, после чего свесились ноги его соседа. Тот поболтал ими, сладко зевнул, потянулся, после чего спрыгнул на пол. Нестеров так же поднялся, и толкаясь с соседями, начал натягивать носки, потом трико и футболку.