Константин Калбанов – Страж (страница 14)

— Вы спросили его про женщин, он вам и ответил. А потом добавил, что это распространялось на всех.

— Да, вы правы. И что теперь? Истинного виновника не найти?

— У меня был очень неплохой шанс, — провожая взглядом выволакиваемое тело, вздохнул Жерар, — но я его бездарно упустил.

— Это моя вина, барон.

— Это вопрос безопасности королевского дома, а за нее отвечаю я. Но почему Берард?

— Потому что Гийом — полный бездарь. Если у графов будет альтернатива, может случиться заговор и на трон взойдет Берард. Он, конечно, не Георг и не Виктор, но уж точно не Гийом.

— Граф…

— Бросьте, барон. Вы прекрасно знаете, что я прав. Я не собираюсь злоумышлять и бросать на произвол судьбы дело жизни моего отца и мое собственное, устраивая заговоры, но высказать свое отношение могу.

— Тогда ограничимся этим подвалом.

— Как вам будет угодно.

Однако, звоночек. Это что же получается — если подобные мысли есть у графа Кинола, то они могут зародиться и в головах у других. А вот этого допустить никак нельзя. Пусть это в конечном итоге приведет к тому же результату, что планировался королем, но путь к этому, обозначившийся сейчас, весьма нежелателен. Судя по всему, графы прекрасно понимают, что если не останется прямого претендента на трон, то они попросту перегрызутся между собой, что непременно приведет к ослаблению Несвижа, на укрепление которого они положили столько сил.

Заговор. Он непременно состоится. В какой форме, пока непонятно, но в том, что это будет, нет никаких сомнений. Действовать нужно очень быстро. Необходимо во что бы то ни стало предотвратить подобное развитие событий, и желательно без лишней крови. У заговорщиков вовсе нет желания разваливать страну, злоумышлять они будут вовсе не против королевского дома, а конкретно против Гийома. Ох уж божье наказание! И как могло такое произойти, чтобы у такого человека родился такой бездарь?

— Значит, все прошло как надо? — спросил король, устало откинувшись на подушки и устремив взгляд в потолок.

Впрочем, потолка не видно, его скрывает балдахин, раскинутый над кроватью. Господи, как бы Георг хотел сейчас оказаться на походном биваке и устремить взгляд в голубое небо. Пустые мечты. Сейчас ему не увидеть не то что чистое небо, он вообще не переносит яркого света. Шторы в спальне задернуты, и в помещении царит полумрак.

— Да, Георг, — подтвердил барон Гатине. — Все проделано так, что ни у кого не возникнет сомнений — докопаться до правды не получилось лишь потому, что у меня под ногами все время крутились ты, принц и граф, которые испортили дело собственными руками.

— А темный?

— Я обо всем позаботился. Концы обрублены. Правда, теперь мне нужно искать другого подручного, но ничего, бывало и хуже. Остаюсь только я.

— И думать не смей. Тем более что вот-вот начнут плести заговор. Пока я жив, уверен — ничего подобного не произойдет, но мне осталось чуть больше двух месяцев.

— Достанет ли времени?

— Главное, чтобы граф Кинол отнесся с пониманием к необходимости этого шага, а Берард не устроил истерику. Будем надеяться, чувство долга возобладает над душевными муками. Тогда все будет намного проще.

— Время работает против нас. Заговор все же может осуществиться. Не хотелось бы рубить головы тех, кто предан Несвижу всей душой.

— Если все сложится, как я хочу, то свадьба состоится еще до моей смерти, а там уж не зевай.

— Ты же говорил — год.

— Не разочаровывай меня, Жерар. Берард — самая желанная партия для графа Бефсана и баронов. На троне Несвижа — Гийом, в Бефсане — Берард, это даже не автономия, а просто союз двух государств, двух братьев. Граф Гериманн изначально смотрел в нашу сторону. Он побоится, что, если не станет меня, Гийом может все испортить, поэтому тянуть время невыгодно ни ему, ни мне. Надеюсь, ты уже готов к тому, что, едва я уйду, тебя тут же отошлют от двора?

— При дворе останется достаточно моих соглядатаев. Меня здесь не будет, но знать я буду все и смогу действовать. План уже готов и начал понемногу осуществляться.

— Это хорошо. И помни, должен остаться только один человек, который будет знать все, а с его смертью — вообще никого. — Король внимательно поглядел барону в глаза.