Константин Калбанов – Степь (страница 88)
Подумалось и об иронии судьбы. Так, например, его домик ничуть не пострадал, хотя в нем и вещей-то практически никаких не было, его постоялец вел спартанский образ жизни, а вот склады с имуществом выгорели полностью, так как при их возгорании встал вопрос, что спасать в первую очередь – продовольствие и оружейный склад или склад вещевой. Разумеется, выиграли первые два, так что никто даже не пытался спасти последнего: людей и без того не хватало.
Быстро обойдя крепость, сэр Бард направился к казарме, которую раньше занимали разведчики сэра Андрэ. Как ни странно, это здание совершенно не пострадало. Впрочем, странного было не так уж и много, так как здесь трудились крестьяне сэра Мартина и дело было вовсе не в том, что их обуревала благодарность к людям, спасшим их из орочьего полона. Просто в этом пустующем на тот момент здании расположили лазарет, и люди всячески старались оберегать тех, кто не мог сам о себе позаботиться.
В казарме воздух был спертым, так как раненых было слишком много для этого относительно небольшого строения, но расположить их более просторно не было никакой возможности. Пахло лекарственными травами и настоями, кровью и гноем, у некоторых уже начались нагноения, грозившие спровадить раненых в мир иной.
– У тебя здесь прямо как на бойне, – недовольно поморщившись от ударивших в нос миазмов, так, чтобы не слышали остальные, пробурчал сэр Бард лекарю.
– А что поделать. Оно, конечно, можно и проветрить, да вот только сквозняки раненым не на пользу – многим это просто смерть, – с кряхтеньем распрямляясь, ответил лекарь, массируя поясницу. Вот уже несколько суток он не смыкал глаз, отвоевывая у смерти своих подопечных.
Комендант понимающе кивнул и пошел между ранеными, время от времени останавливаясь у того или иного воина и подбадривая его. Его сердце обливалось кровью, когда он видел страдания тех, кто вверил ему свои жизни, но реально помочь им чем-либо сэр Бард не мог. Вот только так – показать, что он не забыл о них. Понимали это и раненые, но все же были благодарны командиру, не забывавшему о них, на лицах многих появлялись улыбки. Приподнятое настроение – оно тоже способствует выздоровлению, так что если он может помочь хоть этим, то он готов.
– Друзья. Только что в крепости побывал передовой дозор войска маркграфства, осада снята окончательно. Вы выполнили свой долг. Вы выстояли перед лицом орочьих полчищ. Теперь дело за малым: поборите свой недуг. Обещаю: как только поправится последний, закатим пир горой. Как, сможете?
– Дак а куда денемся.
– Непременно.
– Запросто.
Голоса звучали со всхлипами, со стонами и хрипами, но было заметно, что общий настрой поднялся. Что ж, приподнял дух – и то хлеб. Вон у некоторых прямо огонь в глазах появился.
Выйдя из лазарета, комендант поманил за собой лекаря и, когда они оказались на улице, убедившись в том, что раненые его не услышат, поинтересовался:
– Много выживет?
– Если хотя бы треть поднимется, я буду считать, что отлично справился со своей работой. Легкораненые все остались в строю, здесь только тяжелые. У многих уже начался жар, и раны начали синеть. Двоим отсек ноги, троим руки. Скоро начнем переносить умерших на погост, – устало помассировав красные от усталости глаза, ответил лекарь.
– В чем нужна помощь?
– Нужны помещения. Нужно отделять тех, кто в лучшем состоянии. И воздух будет почище, и смертей товарищей видеть не будут, а это скажется на настроении.
– Скоро закончат накрывать одну из казарм, я прикажу, чтобы работы ускорили. Ничего, люди и под открытым небом перебьются: раненые нуждаются в помещении в первую очередь.
– Хорошо бы еще организовать горячее питание – наваристая жидкая похлебка из свежатины была бы стати.
– Уже делается. Правда, придется обойтись кониной: многих лошадей побили, – а другого мяса пока нет.
– Понятно. Да еще женщин бы вернуть – их забота многим помогла бы, да и меня немного разгрузили бы. Оно, конечно, они сейчас свое хозяйство поднимают, но женскую ласку ничем не заменить.
– Я отправлю послание сэру Мартину. Не думаю, что он откажет.
– Ну тогда пока все.