Константин Калбанов – Шелест-3 (страница 95)

— Мало того, весьма благодарен вам и Арине Егоровне, за то, что сумели убедить меня. Окончить университет я всегда успею, а вот получить то, что может дать Дикопольский полк, мне нигде не светит.

— Помнится, именно об этом мы вам и говорили, — фыркнула Анна.

— Так я это и признаю. Вы идёте на инициацию?

— Разумеется. Не один вы носите узор «Верности», — опять не удержалась Астафьева.

— Замечательно. Лиза, ты позволишь? — предложил он девушке руку.

— Не перебарщивай, — неодобрительно покачала та головой.

И было отчего. Анна смотрела на него испепеляющим взглядом. И причина вовсе не в её симпатиях или антипатиях. Пусть у них пока ещё и не дошло до помолвки, родители уже сговорились и по факту они обручены, а значит он сейчас выказывает к ней пренебрежение. Трудно представить себе более страшный грех по отношении девушки.

Мария посмотрела на него осуждающим взглядом и вздохнула, словно хотела сказать насколько она разочарована его поведением. Понятно, что боярышня остра на язычок, и не упустит момента, чтобы уколоть его, но он и вовсе действует на грани приличий, а порой и слегка заступая за них. Виктор смутился, и отвесив Лизе извиняющийся поклон обернулся к Анне.

— Я не нуждаюсь в ваших одолжениях, сударь, — дёрнув уголком губ, холодно ответила Астафьева.

Молодому человеку ничего не оставалось, кроме как ещё раз извиниться, проститься и отправиться к месту инициации самостоятельно. Не то, чтобы в одиночестве, совсем скоро он нашёл попутчиков, присоединившись к двоим подпоручикам.

— Напыщенный гусь, — раздражённо буркнула Астафьева.

Долгорукова, взяла подругу под руку и повела её к месту Силы. Похоже ей придётся взяться за дела сердечные своих вассалов. Не хотелось бы, но забота о их душевных делах одна из её обязанностей, как сюзерена. Она придержала Анну, отставая от остальных, и спросила едва не в самое ухо.

— Анна, он тебе нравится, или тебя всего лишь задевает его поведение.

— Не знаю, — после краткой паузы, вздохнула девушка. — Он конечно нередко меня раздражает, хотя и не сказала бы что при этом неприятен. Возможно мы нашли бы что-то общее, и смогли бы прожить если не в любви, то в согласии. Но порой он становится несносным, как сейчас.

— Вы оба мои вассалы и младшие дети в своих семьях. Пока не было официальной помолвки я имею право сама подобрать вам супругов. Ну или хотя бы одному из вас. Подумай над этим.

— Спасибо Мария. Я подумаю, — после очередной паузы ответила Астафьева.

Понять её не трудно. Что ни говори, а по факту ей предлагают пойти против воли родителей. Да, способ вполне законный, но родители есть родители и терять с ними связь никому не хочется, а реакция у них будет негативной, тут к гадалке не ходить…

— Ваше высочество, позволите с вами переговорить? — подошёл к ней после инициации Ярцев.

— Ну слава тебе Господи, сподобился. Я уж думала мне всегда придётся проявлять инициативу, — с улыбкой встретила его Долгорукова.

— Хотите сказать, что я от вас бегаю, Мария Ивановна?

— Очень похоже, знаешь ли, Пётр.

— Это ошибочное мнение.

— Ладно. Тем паче, что и я хотела с тобой поговорить.

— Я вас слушаю.

— Да нет уж, ты первый начал.

— Вы мой сюзерен.

— Ты не давал мне вассальную клятву.

— И что это меняет?

— Мы можем так припираться до бесконечности.

— Вот именно.