Константин Калбанов – Шелест 2 (страница 13)

И это ещё быстро. Мы-то с великой княжной и охраной двигались верхами, но наши вещи и её служанка в карете. А скорость каравана, как известно, определяет самый медленный транспорт. Так что, за время путешествия я устал, и теперь наслаждался отдыхом на постели с белоснежными простынями. Всё же придорожный постоялый двор по сервису и комфорту не сравнится с гостиницей.

Сон слетел как и не бывало, отлёживать бока никакого желания, поэтому я рывком сел на постели, вновь потянулся и отбросив одеяло встал, сунув ноги в тапочки.

— Илюха, ты где, бездельник? — бодрым голосом позвал я.

— Чего это бездельник, — послышалось из соседней комнаты, а следом появился и он сам. — Я уж успел всю твою одежду перегладить, да грязное в стирку отдать.

— Умываться, — распорядился я.

Ага. Это тебе не дома, и не в съёмной квартире, ни крана, ни рукомойника. Таз, кувшин с широким горлом и помощь прислуги. Вообще-то, если бы не Илюха, то помогала бы мне служанка. Хорошенькая, между прочим, отчего это действо было бы куда приятней.

— Говоришь отдал в стирку и перегладил весь гардероб. Одобряю, — отфыркиваясь произнёс я, и продолжил, — значит и о моём задании не забыл?

— Рассказал я слугам местным про нашу охоту на оборотня, и про то, что живут они тут де в глубинке как у Христа за пазухой, то ли дело у нас на границе.

— И как успехи? — принимая от него полотенце и растираясь, поинтересовался я.

— Ясное дело как, у них тут всё круче варёных яиц, и в отличии от нас горемычных у них за последние десять лет тут два таких случая было. Ну, я им про Волчью падь, а они мне, мол, когда это было, поди и брехня это, дедовы сказки, бабкины подсказки, а вот у них всё взаправду, и страху те волколаки навели столько, что ни в сказке сказать, ни пером описать.

— Место знаешь?

— Назвали две деревеньки. Я ещё поспрашиваю у других но сдаётся мне, что это не брехня, — ответил мой молочный братец.

— Узнай, обязательно узнай, по поподробней.

Совсем без помощника оно как-то не правильно. Опять же, нельзя жить никому не доверяя. Иное дело, что доверие может быть дозированным, так сказать в части касающейся. Ну ищу я места где случались обращения в оборотней. А вот нахожу ли, и зачем мне это нужно, Илюху уже не касается.

Для чего мне это, объяснять не нужно. Каждое место Силы может многократно подстегнуть мой дар, и как результат я окажусь не такой уж и бездарью.

В Воронежском княжестве о других случаях обращения в оборотней мне выяснить ничего не удалось, ни на уровне баек, ни в соборной библиотеке. Вот я и решил попробовать в соседних. Признаться, зол был несказанно, когда выяснилось, что придётся сопровождать великую княжну, но как оказалось прикатил я сюда не зря. А если мест окажется два, так и вовсе джек-пот получается.

Я уже заканчивал одеваться, когда в дверь постучались, а из-за неё послышался голосок Дуняши, служанки великой княжны.

— Сударь, Мария Ивановна просит вас к завтраку.

— Иду, — громко ответил я.

Долгорукова предпочла остановиться со мной в гостинице, хотя подруга, боярышня Астафьева и её родители настаивали, на том, чтобы та поселилась в боярской усадьбе. Однако, Мария пожелала сохранить для всех инкогнито, назвавшись просто однокашницей по кадетскому корпусу.

— Доброе утро, Пётр, — приветствовала меня великая княжна.

— Доброе утро, Мария Ивановна, — присаживаясь напротив неё, поздоровался я.

Инкогнито, так инкогнито, поэтому я не титуловал её, ограничившись именем отчеством, как впрочем и новые компаньоны, боевые холопы и слуги.

— Пётр, это будет выглядеть по меньшей мере странно, если я буду называть тебя по имени, а ты меня по батюшке, — заметила она.

— А это ваши трудности, Мария Ивановна, не я ведь хочу сохранить инкогнито.

— Не желаешь чтобы другие знали, что я считаю тебя другом?

— Мне без разницы, кем вы меня считаете, я тот, кто я есть и вы можете во многом полагаться на меня.

— Но не во всём? — склонив головку набок, уточнила она.

— Не во всём, — подтвердил я.

— Поэтому ты не желаешь быть моим другом?