Константин Калбанов – Шелест-2. Экспедитор (страница 107)

— О! Ну хотя бы ко второй лекции появился, — встретил меня в аудитории Осипов.

— А ты чего же? По мне соскучился, Витя? — хмыкнул я.

— Я нет. А вот профессор Брюс с присущей ему педантичностью отметил у себя всех, кто был в аудитории, так что, боюсь, мои лекции тебе не помогут.

— Ну, это мы ещё поглядим. Ты, главное, не жадничай, дай взглянуть на твою тетрадку.

— Вот мне интересно, ты действительно всё запоминаешь или просто выделываешься?

— Хочешь проверить?

— Хочу.

— А давай поспорим, чего я запросто так напрягаться буду.

— И велик заклад?

— Империал, — не стал мелочиться я.

— Нет. Оно того не стоит. Я лучше просто тебе не покажу сегодняшнюю лекцию. И последующие тоже.

— Удар ниже пояса.

— Ну, ты же не стесняешься бить по моему кошельку и самолюбию.

— А твой родитель мог бы не зажимать тебе деньгу, чтобы ты по камнетёсным и стройкам не околачивался.

— Он не желает меня баловать и правильно делает.

— Какая лекция? — сдаваясь, спросил я.

— Четвёртая, — удовлетворённо произнёс он.

Раскрыл свою тетрадь, которая, на секундочку, по формату ближе к конторской книге. Полистал немного, нашёл искомое и сделал мне приглашающий жест. Я картинно вздохнул и начал цитировать ему лекцию, начиная с заглавия темы.

— Всё, убедил, — удивлённо качая головой, произнёс Виктор.

— А я тебе говорил, что я уникум.

— Да кто бы сомневался. И вообще вы с сестрицей как ни от мира сего. Ты универсал, пусть и слабенький, зато память феноменальная. Она вообще всех профессоров и преподавателей университета на уши поставила.

Угу. Есть такое дело. Дура потому что. Я ей по-русски сказал: не пускать никого к своей Сути. Так нет, уговорили, напели в уши дифирамбов, потом насилу отбоярились, чтобы оставили её в покое. Хорошо то, что подобные случаи уже были известны, хотя и случались гораздо реже, чем попадались универсальные одарённые.

Причина в пропускной способности каналов. При приёме желчи происходит их временное увеличение, когда же эффект схлопывается, каналы приходят в прежнее соответствие с вместилищем. Иными словами, в её случае они должны были вновь стать ниже среднестатистических показателей. Максимум, что ей в этом случае светило, это потенциал седьмого ранга.

Но тут в дело вступил я и карман с Силой почти четырёхмесячной выдержки. Как результат, произошло увеличение каналов, перешагнувших средний рубеж, и как следствие — рост потенциала до девятого ранга. А такого не бывает. Ну, перестарался я. Всё от того, что действовал по принципу «вперёд, бегом, скачками». А импровизация это не всегда хорошо. Впрочем, обошлось и ладно.

— Ну, ты на лекцию взглянуть-то позволишь? — протянул я руку.

— Гляди, куда же тебя девать, — передал он мне тетрадь.

Я медленно пролистал исписанные страницы, сразу раскладывая всё по полкам, ну и изображая заодно усиленную работу мысли. Хотя и запоминал всё даже при мимолётном взгляде. Ну, не стоит перегибать. С другой стороны, кому какая разница. Вообще раньше надо было думать, когда светился перед Виктором. А теперь одним козырем стало меньше.

— Витя, я что спросить-то хотел, как у тебя обстоят дела с боярышней Столбовой?

— А ты с какой целью интересуешься? — удивился боярич.

— Да просто. — Я с безразличным видом пожал плечами. — Лиза с ней не то чтобы дружит, но общается ещё с гимназии, и она пару раз бывала у нас на квартире. Ты тоже на обед заглядывал, а так, чтобы вместе, ни разу. Вот я и подумал, что странно это как-то.