Константин Калбанов – Шелест-2. Экспедитор (страница 103)

Мы доехали до постоялого двора и сняли две комнаты. В одной я с Лизой, во второй Дымок с Хрустом. Ну какой смысл торчать целые сутки в лесу, если можно обойтись без экстрима. Сестру я не оставлял ни на секунду и ел рядом с ней в комнате. И наутро не стал медитировать, пока она страдала. Но всё заканчивается. Окончилась и её пытка.

— Петя, я есть хочу. — Она уже с минуту лежала абсолютно неподвижно с ровно вздымающейся грудью.

— Кто же тебе не даёт, — ответил я, показывая на накрытый стол.

— Но сначала…

— Успеешь ещё в изнанку, — возразил я, — давай поешь. Это для тебя сейчас куда важнее.

Не почуяв подвоха и повинуясь урчанию желудка, она навалилась на еду, по своему обыкновению, обильно запивая её сбитнем. Она ещё не успела закончить ужинать, когда начала клевать носом и, наконец, завалилась на бок, подхваченная мною. Вот и ладушки. Это был самый слабый пункт моего плана. Ни в коем случае нельзя было давать ей возможность взглянуть на свою Суть. Вот завтра утром пусть смотрит, сколько душе будет угодно.

Положив её на постель, я устроился рядом и скользнул в изнанку. Не стоило пренебрегать возможностью поработать над ростом вместилища. Пока длится эффект желчи, каждый день дорогого стоит…

— Пётр Анисимович, — постучавшись, тихо позвал Хруст.

— Что там, Дымок? — открыв дверь, поинтересовался я.

— Спит как младенец, — заверил тот.

— Хозяин?

— Тоже дрыхнет вместе с домочадцами.

— Отлично. Лошади?

— Уже под седлом у крыльца.

— Тогда двинули.

Тут до Чёрной рощи не так чтобы и далеко, даром, что ли, я именно в этом месте наметил встречу. Так что доскакали быстро. Потом знакомым маршрутом по невидимой сейчас звериной тропе. И вот мы опять на капище. Я оставил сестру на попечении Хруста, а сам подошёл к карману. Полон под завязку. Почти четыре месяца Силу копил, чтобы в грядущее полнолуние выплеснуть всё разом. Я это чувствую. Нарыв созрел.

Периодичность этого кармана я сумел вычислить четыре месяца. Правда, его я всё же старался обходить стороной, а потому в позапрошлый и прошлый свои вояжи по местам Силы тут не появлялся. Мало ли что взбредёт в голову людям государевым. Могут и начать его использовать. Аппетит, как известно, приходит во время еды. Ну или сколько человеку ни дай, ему всё мало.

Если вдруг решат активировать в это полнолуние, так и на здоровье. Конструкт пробоя сработает как надо, Сила за оставшееся время подкопиться успеет, для обращения в оборотня много и не надо. Видеть же и чувствовать то, что вижу и чувствую я, никто из них не умеет.

— Всё помнишь, Хруст?

— Так точно, Пётр Анисимович. Сижу у того деревца и жду, пока не перестанет светиться.

— Только на этот раз будет долго. Часа четыре, я полагаю. Учти.

— Ясно.

Я подхватил сестрицу на руки и направился к центру кармана, где уже расстелил тулуп. Опустился на пятую точку, посадил свящую Лизу перед собой, сам же обнял её со спины и обхватил ногами. Ведь не поток непосредственно через человека проходит, это человек в нём находится и ловит то, что перепадёт. А потому дурость отказываться от возможности развить свой дар. Да ещё и при таком серьёзном подспорье.

К слову, эффект от непрерывного четырёхчасового пребывания в потоке значительно выше, чем в четырёх по часу или в двух по два. Я, собственно, потому и катаюсь не каждый месяц, а раз в пару. Оно бы понаблюдать и оптимизировать использование карманов. Тем паче, что я чувствую, когда накопленная Сила достигает максимума. Но то одно, то другое, да и учёба. С другой стороны, я уже подрос, а к моменту, когда эффект желчи сойдёт, подрасту ещё больше. Так что теперь, пожалуй, можно заняться и систематизацией.

В смысле, потом. А сейчас я извлёк конструкт, предварительно подготовленный как раз под это капище, и наложил его на снег, после чего запитал от своего «Панциря» и активировал. Мне где-то даже показалось, что карман подо мной как-то облегчённо вздохнул, начав сбрасывать излишнее напряжение.

Делать нечего, и я скользнул, чтобы глянуть на происходящее изнутри. Как и прежде, я мог быть лишь сторонним наблюдателем. Да, каналы увеличились, и как результат — усилилось моё воздействие. Но на фоне хлынувшего внутрь потока энергии мои усилия были бы жалкими потугами, и я отчего-то не сомневался, что при этом ещё и совершенно бесполезными.