Константин Калбанов – Шелест 1 [СИ] (страница 78)

Егоров пришёл в себя, когда я уже закончил его привязывать к креслу. Дёрнулся, в безуспешной попытке освободиться, и что-то там промычал. Я похлопал мужчину в исподнем по плечу, мол не суетись лишний раз, и вооружившись свечой отправился проверять дом на предмет других обитателей, ну мало ли, вдруг ещё кто есть. В спальне-то светло, а вот в других помещениях не очень.

— Ну что, сучёнышь, поговорим, — произнёс я, присаживаясь напротив связанного.

Мы находились при свете свечи, так как я мало, что закрыл створки окна, так ещё и занавесил его стёганым одеялом. В спальне стало темно, зато если клиент попробует поднять шум, на улице не больно-то и услышат. А он попробует. Потому что миндальничать с ним я не собираюсь. Держать же его всё время с кляпом во рту, я не собираюсь. Мне ведь с ним поговорить нужно.

Первое что я сделал, это налил в кружку немного кваса, и добавил туда зелья. Лучше перебдеть, чем недобдеть. Вот ни капли желания разбираться с его даром. Лучше уж погасить с гарантией. Запрокинул ему голову, и заставил выпить. Проглотил он немного, в основном расплескал, но я посчитал, что принятого теперь хватит для разговора с гарантией. В живых его я оставлять не собирался.

— Значит так, чтобы избежать ненужных разговоров, оправданий и искренних заверений, я точно знаю, что ты причастен к похищению моей сестры Ярцевой Елизаветы. Ещё и записочку мне подбросили. Глупое ребячество. Лучше бы вы схватили меня, а ещё лучше, вообще обходили бы стороной. Впрочем, не суть. Итак, где моя сестра и что с ней? Говорить будем?

Пленник утвердительно закивал, как человек спешащий сообщить что-то важное. Прекрасно понимая, что сейчас произойдёт, я выдернул кляп, вырвав из пленника болезненный стон, после чего тот поспешно заговорил.

— Послушай парень, это какая-то ошибка, я не знаю твою сестру и тебя вижу впервые в жизни. Давай договоримся. Хочешь, я тебе заплачу…

Дальше слушать я его не стал. А зачем? Самоутверждаться за его счёт я не собираюсь. К тому же, этот страх и желание угодить мне, всего лишь игра, и между прочим, не такая уж и талантливая. Нет, он конечно же боялся, но не до мокрых штанов. А иначе волхв не привлёк бы его в свою команду. Ни к чему ему иметь дело с трусом и размазнёй.

Отчего такая уверенность в собственной правоте? Я узнал его, по отсутствующему мизинцу левой руки. Не бывает таких совпадений, чтобы малец указал на того, кому служил последний год Топорок, и у него по чистой случайности имелось точно такое же увечье.

— Не этих слов я от тебя жду, — вновь затолкав ему в рот кляп, покачал я головой. — Кому ты служишь? И где моя сестра? Вот что меня интересует. Всё остальное чушь и враньё.

Я пожал плечами и приступил к, как это любят описывать в книжках, экспресс допросу в полевых условиях. А по сути, начал истязать пленника. Он мычал елозил на стуле выпучив глаза, тряс головой словно хотел что-то сказать, но я и не подумал вынимать кляп. Просто не хотел терять время на пустые разговоры. А ещё боялся, что могу смалодушничать и дать заднюю. Я никогда прежде ничего подобного не делал, и даже не видел. Ну вот не случилось на моё счастье у меня подобного опыта. Хотя теорию я знал и сейчас её применял.

Когда же я наконец увидел в его взгляде мольбу и как мне показалось готовность говорить, он вдруг забился в падучей. Я вырвал кляп, но он лишь хрипел пуская пузыри кровавой пены. Если бы у него случился болевой шок, тогда ещё ладно, но чтобы такое. Меньше минуты и он обвис. Пульс не прощупывался. Твою мать! Эпилептик, что ли?

Сам не знаю с какого перепуга, но я взрезал ему на спине исподнюю рубаху, сдёрнул её и оторопел. Поскрёбыш отслуживший положенный срок в гвардии должен был обзавестись своим набором узоров, потому что на рост рангов ему надеяться не приходится. В основном они поднимаются до второго, и получив возможность нанести четыре узора делают это.

Но на теле убиенного их имелось семь, что свидетельствует о пятом ранге. Как такое возможно, при их наличии, мне было непонятно. Возможно, желчь волколака даёт возможность пробить такое ограничение. Кто знает. Куда больше меня занимало наличие среди них узора «Повиновения». Я видел как мать и отец наносили такие же на наших сторожевых псов, поэтому ошибки никакой.