Константин Калбанов – Шелест 1 [СИ] (страница 50)

— Конечно там.

— И какой век мне нужен?

— Одиннадцатый-двенадцатый. Но вам туда не попасть.

— Это мои трудности.

— Вас ведь не остановить, Пётр Анисимович?

— Разве только убить. И не советую запирать меня в карцер, потому что тогда я убью того кто меня туда определит. Если не попытаюсь спасти сестру, буду жалеть до конца своих дней. Лучше уж сдохнуть, чем жить зная, что просто принял это.

— В таком случае учтите ещё один момент. Вам придётся иметь дело с одарёнными. Минимум двоими. Один из них сильный, и второй его помощник, выполняющий грязную работу, с которым мы и столкнулись. Сомневаюсь, что обладая таким секретом, этот урод не озаботился усилением своего дара.

— О чём вы хотите мне сказать?

— Только о том, что у вас нет никакой защиты от атакующих плетений, а значит и шансов победить в схватке.

— Огнестрельное оружие бьёт дальше плетений, а стрелять я умею, как имею и отличный штуцер.

— Мои плетения шестого ранга поражают на сто сорок шагов, седьмой ранг способен достать на двести восемьдесят, — покачав головой, возразила Рябова, и продолжила. — Причём не по строю, а по одиночной цели. Сомневаюсь, что ввязавшийся в такую авантюру не подрос хотя бы до этих величин, я бы ещё и выше забралась. Мой средний щит способен выдержать два попадания из фузеи на расстоянии до семидесяти шагов и три, свыше этого. Если же я переведу в щит весь разовый лимит, то выстою против залпа дюжины фузей в упор.

— Вы мне это просто в качестве информации говорите? Спасибо конечно, но родители не только нашим воспитанием занимаются. Или хотите что-то сказать, чего я не знаю?

— Сомнительно, чтобы они вам говорили об этом, но есть способ пробить защиту высокорангового одарённого. Невероятно дорогой, но есть. На пулю можно нанести соответствующее плетение, что поможет пробить щит одарённого. Но есть один нюанс. Плетение нанесённое на предмет, это не то же самое, что и узор сделанный на человеке или животном. Ни один амулет не будет работать без Силы.

— А Силу вобрать в себя может только бриллиант, — закончил я её мысль.

— Совершенно верно, — с лёгким кивком подтвердила она.

— И какой величины должен быть камень, чтобы пробить ваш полный щит?

— Треть карата.

— То есть, на каждый люм щита, нужен люм Силы амулета, — сделал я нехитрый подсчёт.

— Совершенно верно.

— И как можно изготовить такой амулет?

— Вложить камень в пулелейку и залить свинцом, после чего нанести на пулю плетение.

— А оно не повредится, когда пуля будет проходить через нарезы?

— Его же не шилом выцарапывают. Ничего с ним не станется. Правда, для этого понадобится одарённый специализирующийся на плетениях, слишком уж незначительные размеры и точная работа. А ещё нужно учитывать, что после попадания в щит бриллиант разрушится. Чего не случится, если вы промахнётесь.

— Дорогое удовольствие, — заметил я.

— Я бы сказала, очень дорогое.

— Благодарю за помощь, Эльвира Анатольевна.

— Обождите, Пётр Анисимович. Я могу оставить эту записку у себя?

— Зачем?

— Если в первый раз, мои выводы были всего лишь ничем не подтверждённым умозаключением, то вот это, является косвенным подтверждением. Я обязана немедленно доложить начальнику гимназии, а он соответственно в коллегию образования. Этим делом должна заниматься тайная канцелярия.

Я лишь молча кивнул, давая понять, что она может оставить записку себе. Мне она всё одно без надобности, потому что в моей памяти отпечатались все детали, вплоть до заусенцев на бумаге довольно низкого качества.