Константин Калбанов – Приватир (страница 35)

— И всё же, вы решили сделать мне предложение.

— Я под впечатлением от того, как вы решили проблему в Нитре. Дерзко, решительно и невероятно эффективно. И я не намерен обряжать вас в форму, меня вполне устроит то, что вы продолжите летать на своём аэроплане.

— Прошу прощения, но я предпочту оставаться на вольных хлебах.

— Подумайте до завтра, Фёдор Максимович. Не каждый день делают подобные предложения, — подвинув по столу чек на десять тысяч рублей, произнёс Тихонов.

Ага. Подумаю. Конечно. Вот уж чего и даром не нужно, так это поступать на службу в корпус. Даже на разовую работу подряжаться никакого желания. У меня немного другие приоритеты. Со спокойной жизнью не задалось, значит будем жить весело. Вопрос только в финансах. Конечно, по совокупности у меня сейчас получается порядка ста тысяч. Но я не уверен, что этой суммы достаточно.

Так что, из управления я выходил с твёрдым намерением не иметь с ними ничего общего. Посетил банк, где депонировал чек, положил половину суммы на свой счёт, и по две с половиной определил на счета Гаврилы и Насти. То, что я выручу за трофеи, сугубо моё, а вот эта премия принадлежит всей команде. Надеюсь, они не решат после этого разбежаться. Сумма всё же немалая.

Хотя-а-а. Что-то мне подсказывает, что для Бирюковой это не столь уж и великие деньги. А со мной она, по каким-то ведомым только ей причинам. И, признаться, мне было интересно, в чём тут дело. Такое знание куда полезней неведения. Надо же понимать с какой стороны можно ожидать неприятности. Вот только разговор пока придётся отложить.

После банка вновь посетил гильдию. Диспетчер молча принял от меня бумагу с фабрики, внимательно ознакомился с её содержимым, после чего сделал соответствующие отметки в бортовом журнале. И никаких особых эмоций. Совершенно спокойно и по деловому. Разве только кивнул с таким видом, мол, вот это совсем другое дело.

— Фёдор Максимович, ты скоро? — послышался в голове голос Гаврилы.

Вместе с остальными амулетами Насти обнаружился и её «Разговорник». А потому избавляться от комплекта не пришлось, и мы вновь нацепили их на себя. Всё же великое дело связь.

— Минут через двадцать буду в порту, — коснувшись горошины за ухом, ответил я.

— И как прошло? — поинтересовался борт-мех.

Причём было заметно, что он озабочен. Уж больно долго меня не было.

— Всё нормально. «Облегчители» пришлось вернуть, зато нам выписали премию в десять тысяч, по две с половиной уже на ваших счетах.

— Амулеты стоят дороже, — заметила Настя.

— Не уверен, что я мог так уж сильно возражать грузоотправителю. А у вас там что?

— А у нас груз в обход гильдии нарисовался, — произнёс Гаврила, и тут же поправился, — вернее пассажиры.

— Даже так?

— Ага. Привет тебе из недавнего прошлого.

— Я заинтригован.

— Ну так подходи.

— Мне нужно готовиться к чему-то особенному.

— Да, нет, просто знакомых увидишь.

— Ладно. Я скоро.

Поймал извозчика, и велел везти меня в порт. Можно было бы конечно и такси. Но я предпочёл прокатиться на лошади, под мерный цокот копыт и покачивание пролётки. Есть в этом, что-то успокаивающее.

У причала меня встречал старые знакомые, которые смотрели на меня не верящим взглядом. Да и было чему удивляться. Ведь мальчишка, мальчишкой, а уже пилот и владелец такой крупной птицы. Хотя ещё совсем недавно они наблюдали меня в роли штурмана, что куда больше соответствовало моему облику.

— Ну, говорил я тебе, что он. А ты, не он, не он, — передразнил товарища Егор.

Тот самый порубежник с Доброхотского, что снимал у них картечницу. Помнится, он ещё и подмигивал эвакуируемому сынишке.

— Ну он, — вынужден был признать его напарник Антип.

— Это вы что ли наниматели? — поинтересовался я, пожимая им руки.