Константин Калбанов – Похищенные (страница 39)

Так вот, при виде настигающего их автомобиля крестьяне предпочли свернуть с дороги, остановившись метрах в двадцати. За оружие вроде как не хватаются, но держат его под рукой. Это Игорь рассмотрел в бинокль, взятый у Лапина.

Ничего особенного, всего лишь семикратное приближение. Если не обращать внимания на дизайн в виде соединенных двух небольших подзорных труб. Местная штучка, из находок мародеров. Стоит изрядно. Оптика же. Но не так сердито, как земная. Со слов Александра, бинокль достался ему в наследство от погибшего земляка. От него же перепала и вполне солидная сумма, которая вместе с его сбережениями составила первый взнос на строительство автомобильной мастерской.

Вот так и разъехались, с опаской посматривая друг на друга, готовые открыть огонь. Крестьяне были из землян, пожелавших устроиться наособицу. Лапин пояснил, что вблизи границы аборигенов нет. Потому как неподалеку отсюда начинаются владения горцев, а те, в свою очередь, уж больно любят пограбить соседей. Вот и выдавили всех. С землянами не все так просто. Они сплошь вооружены дорогим огнестрельным оружием.

— Слушай, Саня, я вот все думаю и сообразить не могу. А чего это у местных такие проблемы с огнестрельным оружием? Арбалеты, к слову сказать, хорошие, в наличии, а ружей раз, два и обчелся.

— У кочевников с ружьями совсем беда. У оседлых и горцев дела обстоят куда лучше. Но тоже не особо. Огнестрел дорогой. А все оттого, что, когда разразилась война, считай, все арсеналы выгребли. Оружие по большей части оказалось в действующих армиях, то есть осталось гнить в поле. Остатки — в городских арсеналах. Какая-то часть в оружейных лавках. А еще учти и то, что аборигены и сейчас обходят стороной места сражений и городские пустоши. Да времени прошло полтораста лет.

— Хм. Это я что-то не подумал.

— Еще прикинь такой расклад. Допустим, был в семье огнестрел. Но боеприпасы к нему давно уж вышли, за столько-то лет. Вот и забросили ненужную железяку до лучших времен. А она, зараза, возьми да проржавей. А то и вовсе перековали кусок годной стали на что-нибудь более полезное в хозяйстве. Можно, конечно, и на кремневки или фитили перейти, но это если умеешь делать порох. Много народу в нашем просвещенном веке знает, как выделывать порох?

— Я тебя понял, — вынужден был признать Игорь.

Первую остановку сделали в пятидесяти километрах от границы. Повстречав за это время еще две крестьянские повозки и двигавшийся навстречу купеческий караван из одного трактора и трех прицепов. Всякий раз приходилось разъезжаться с опаской и в готовности дать отпор. Даже Михайлова откладывала книжку и бралась за винчестер или, если быть более точным, местный «алабан».

Хутор Николаевский, отстроенный землянами, впору было считать небольшим поселком. Население более ста человек. Серьезные земляные укрепления с продуманной системой обороны и поделенными секторами огня. Заграждение в виде легкого забора на удалении полсотни метров от рва. Как выяснилось, для предотвращения проникновения на минные поля разной животины. Вот так все серьезно.

В наличии имелось целых три трактора с навесным оборудованием и прицепами. Что позволяло обрабатывать достаточно обширные угодья вокруг поселения. Выращивали скот. Имели неплохую слесарную мастерскую и кузницу. Плюс торговая лавка и проходящие купеческие караваны, предпочитающие становиться у них на постой. Так что Николаевский был своего рода центром для окрестных земель.

Впрочем, становиться здесь на постой в планы Лапина и его спутников не входило. Вытряхнули из генератора уголек, набросали новых чурок, долили воду — и в путь. А он, как оказалось, не так чтобы и короток. Это Алина Витальевна махнула ручкой, мол, километров сто. По прямой, может, и так, а вот по тракту выходили все полтораста.

Одно радовало: через полсотни километров имелся еще один хутор. Такая же промежуточная стоянка. Николаевский возник не на пустом месте. Но поселения аборигенов с завидной регулярностью жгли горцы. Большинство горских вождей с головой дружат и понимают, что подобный центр торговли им выгоден. Вот только большинство — это далеко не все.