Константин Калбанов – Похищенные (страница 24)

А для ношения в городе неплохо бы прикупить более компактный револьвер под тот же патрон. Эдакий «бульдог». Видел он такой на прилавке. Пять патронов в откидывающемся барабане, монолитная рамка, короткий ствол, укороченная рукоять, более сбитый ударно-спусковой механизм одинарного действия. Вполне достойная модель для повседневного ношения и самообороны. К тому же и по весу вдвое легче полуторакилограммового «смит-вессона».

При мысли о массогабаритах Игорь с тоской вспомнил утраченную «Грозу». Пистолет наверняка будет переделывать все тот же Спицын. Ну да тут ничего не поделаешь. Итак, полтора кило — это полтора кило. Может, ну его, второй «вессон», проще заказать скорозарядники? В продаже вроде не видел. Но ведь он особо-то и не рассматривал. Все как-то вперед, бегом, скачками.

Да даже если их нет, можно заказать. Иван Аркадьевич — мужик рукастый, сделает без проблем. Хм. Если рук хватит. Говорил же насчет возросших заказов и про отсутствие помощника. С другой стороны, у Бородина блат, который никто не отменял. Да, лучше пару-тройку скорозарядников, чем вторую дуру. Кстати, и еще один — под «бульдога». Да, так, пожалуй, будет лучше всего.

После посещения банка направились к барышнику Сидорову. Торопиться с продажей лошадей не стоит. Не сказать, что Бородин был отличным наездником, но в седле все же сидел неплохо. Велосипед же в качестве транспорта хорош только в Невьянске. Так что лучше бы озаботиться постоем его новоявленного транспорта. Н-да. Разбогател — дальше некуда.

Затем нанесли визит военному коменданту. Каждый житель от четырнадцати лет был записан в ополчение и приписан к конкретной роте. Обычно делились по территориальному признаку. И, кстати, при любом выезде за пределы Невьянска необходимо отмечаться у дежурного по роте. Назначался таковой по очереди. Выходило не больше четырех дежурств в год. Не слишком накладно.

За неявку без уважительной причины или отсутствие отметки у дежурного во время учений — штраф десять рублей. За подобный же проступок в боевой обстановке — расстрел. Простенько так и со вкусом.

Глава 3

Невьянск

Игорь открыл глаза и вздохнул полной грудью. Хорошо. Нет, правда хорошо. Давно он так не высыпался. И уж последние дни — точно. То вырубился в пьяном угаре и проснулся с дикой головной болью. То по голове прилетело и он ушел в отключку, а потом был погружен в медикаментозный сон. Так что нормально поспал только сегодня.

А тут еще и солнце заглядывает в окно и заливает спальню своим светом. Хм. Вообще-то занавески ничуть не помешали бы. Они и уюта добавят, и солнечные лучи — это далеко не всегда хорошо. В особенности когда комната совершенно пустая.

Ровные, оштукатуренные, выбеленные и голые стены. Спальня просторная, квадратов двенадцать, но из мебели лишь стул, на котором пристроилась одежда Бородина, вот и все. Его нехитрые пожитки свалены в углу. Спал он на чистом белье, что после баньки было особенно приятно. Вот только матрац разложен прямо на полу.

При виде дома Александра Иван решил, что внутри будет куда богаче. Ну а как еще-то? Дом хотя и саманный, но просторный, выстроен в финском стиле. С мансардой, черепичной крышей и большими прямоугольными окнами. Эдакий белоснежный красавец с четкими ломаными линиями, образуемыми выступающими балками деревянного каркаса.

Не сказать, что он выделяется в общем ряду. Ничего подобного. Здесь вся улица состоит из порядка четырех десятков типовых домов. Райончик для состоятельных горожан, ну или, если хотите, среднего класса. Впрочем, дворцов в Невьянске Игорь не увидел, если не считать княжеский. Трехэтажные здания по пальцам перечесть, и одно из них банк.

Так вот, при всем при этом в доме Лапина не оказалось мебели. Что-то там сугубо функциональное на кухне при минимуме посуды, стол и несколько табуретов.

Его спальня также не блистала убранством. Какие-никакие занавески — простые отрезы ткани, повешенные на обычную проволоку. Деревянный топчан вместо кровати, прикроватная тумбочка, что-то вроде армейской. У стены шкаф с двумя отделениями, сбитый из обыкновенных струганых досок. Оружейная пирамида для берданского карабина и его мелкашки. Стул самой что ни на есть топорной работы. Таковых в доме целых четыре. Из излишеств только зеркало размером эдак пятьдесят на тридцать. Такое же — в прихожей, чтобы взглянуть на себя перед выходом.