Константин Калбанов – Пилигрим 4 (страница 86)

— Не знаешь? — поинтересовался Михаил.

— Не знаю, — искренне ответил Глеб.

— А меж тем, все просто. Умысла на предательство у воев не было. Они пошли за тем, кому не раз вверяли свои жизни. За тем, кто делили с ними тяготы и лишения воинских походов, радость побед, и горечь поражений. Кто ставил свою жизнь на одну чашу весов вместе с ними. Они шли за своими командирами, за теми, кого считали вправе отдавать им приказы. И вновь под руку великого князя их привел не его посланник, а командиры, оставшиеся верными присяге. Потому что воины надельного войска пошли именно за ними. Может и настанут времена, когда князю не нужно будет ходить в поход с войском. Но сейчас воины готовы видеть над собой только своего. А таковым можно стать для них лишь в походе.

Ну, может из Михаила и так себе воспитатель. Зато Глеб явно не глуп, и не гонорист, потому как видно, что задумался над словами незнакомца. Вот и хорошо. Глядишь толк выйдет.

— Ладно, гуляй пока молодой, княжич. Поди девчата заждались. А я пойду. Хочу к князю поспеть.

— А зачем тебе к нему? — поинтересовался Глеб.

— Не на тебя жаловаться. Не переживай.

— Я ничего такого не сделал, чтобы дядя стал меня пороть. Он любит разные механизмы, а у тебя в тряпицу какой-то короб завернут.

— Все верно. Механизм это. Причем такой, что принесет большую прибыль казне.

— Так может тебя проводить. Со мной всяко проще будет попасть к нему.

Ага. Дядя значит любит механизмы. А сам-то. Вон как глазки загорелись.

— Ну проводи, коли времени своего не жалко.

Странное дело, но в душе опять ничего не шевельнулось. Словно и не его внук стоит перед ним, а какой-то посторонний подросток. Да, он ему нравится, и располагает к себе. Воспитанный, умный, хваткий, прямо любо-дорого. Но только и того. И признаться, данное обстоятельство Романову не понравилось. Не правильно это как-то. Ведь это его внук. Но в то же время, Михаил ничего не может с собой поделать. Вот нет родственного тепла в душе, хоть тресни.

Глава 20

Сын

Глеб не обманул. С ним добиться приема у князя и впрямь оказалось куда проще. Разумеется, Михаила и не подумали беспрепятственно пускать на княжье подворье. Но и не пытались отправить восвояси, или мариновать. Все произошло достаточно оперативно. Глеб сам сбегал к дяде, а вскоре вернулся, и передав приказ пропустить, лично проводил посетителя в рабочий кабинет.

Михаил шел за парнем осматриваясь кругом. Признаться, за прошедшие годы тут мало, что изменилось. Обоев-то нет, присутствует либо побелка, либо роспись по сырой штукатурке. А это такая отделка, что простоять может и века. Вот мебель по большей части поменялась. Хотя имеется еще и с его времен. Вон те лавки. Мало, что он их прекрасно помнит, разве только новые сколы да трещины появились, так еще и на том же самом месте и стоят. Словно прибитые.

А вообще, ощущения как и в городе. Словно вернулся домой, после долгой отлучки. Никакого щемящего чувства, тоски или еще каких-либо переживаний. Вот когда в княжеской усыпальнице подошел в гробницам Алии и Петра, совсем другое дело. Ни невестки, ни внуков с внучками он не знал. А потому… Дата, да оставила неприятный осадок. Получается, что старшему было всего-то десять лет. Смерть детей всегда впечатляет. Четверых прибрали в ту ночь. С-сволочи!

Решил отвлечься, от дурных мыслей и прикинул, куда его ведет внук. По всему получается, что в его же кабинет. К слову, заметно, как подростка распирает любопытство. Но понимает, что первым новинку должен увидеть дядя. А потому крепится. Даже не спрашивает какого рода механизм.

Вообще, бардак конечно. Оружия Михаила лишили. Даже нож изъяли, пообещав вернуть. А в сверток даже не заглянули. А ведь там и десяток ножей спрятать без труда. А уж что можно наворотить с таким количеством метательных клинков, Михаил представлял себе очень хорошо. Как впрочем и те же особисты, или безопасники. Последние не только собирать информацию умеют, но при случае вполне способны выступить в роли убийц. Подготовка у них самая разносторонняя, а способов устранения нежелательного лица множество.

Ага. А он о чем. В кабинет и привел его Глеб. И, да, Матвей не ради приема просителя тут обосновался. Видно, что работает. Стол заставлен книгами, исписанными и расчерченными листами бумаги, местной выделки. Михаил едва только охватил взглядом содержимое стола, но по привычке в считанные секунды разложил все по полочкам, и точно знал, какие именно документы и книги сегодня занимали хозяина кабинета.