Константин Калбанов – Пилигрим 4 (страница 5)

— Только для того, чтобы получить возможность на что-либо повлиять, мне понадобятся годы. Потому что неизвестно в кого меня угораздит вселиться.

— Согласен. И тем не менее, главное это ваше здоровье. Без него вообще ничего не получится, — развел руками Щербаков.

— Да понял уже, — вздохнул Романов и тут же зашелся выворачивающим кашлем.

На этот раз приступ оказался долгим. Но в конце концов его отпустило и он откинулся на подушку, жадно ловя воздух и вытирая слезы. Макар Ефимович сидел молча ожидая когда приступ отступит. Ну и глянул на него так, словно хотел сказать, мол, о каком путешествии может быть речь.

Прав он. Но тут ведь какое дело. Там у него осталась семья. Жена, дети. Старшему, Петру, только восемнадцать. Мальчишка, без жизненного опыта. Остальным и того меньше. Конечно он верил в то, что обеспечил им поддержку и опору в виде Бориса, главного безопасника. Малый и Большой советы. Да и пограничники к его детям со всей любовью. Но все же.

—Макар Ефимович, а отчего я в коме пробыл двенадцать дней? Я тут посчитал, должно быть не больше девяти.

— Правильно посчитали. Матрица вашего сознания блуждала трое суток где-то в ЕИПЗ.

— То есть, она могла и вовсе заблудиться и не вернуться? — сделал неутешительный ввод Михаил.

— Только в том случае, если мы вас отключили от аппарата. Надеюсь вы понимаете, что мы и не думали поступать подобным образом.

— Вам это попросту не выгодно, — улыбнувшись, заметил Романов.

— И это тоже, — не стал его разочаровывать Щербаков. Ладно. На сегодня пожалуй хватит. Поправляйтесь. Я навещу вас завтра. И, да. Не только я.

— Вы же сказали, что семье еще рано.

— Семье, да. Но дело в том, что нам придали группу ученых историков. Предупреждаю сразу. Весьма своеобразные личности. И вы им не нравитесь.

— Отчего же?

— Слышали выражение — слон в посудной лавке?

— Странный вопрос.

— Во-от. К вам это относится в полной мере. Вы там такого наворотили, что они себе чуть все волосы не повыдирали.

— Бывает, — хмыкнул Михаил.

— Согласен. Это ведь другой мир. И пусть он во многом идентичен нашему, он живет своей жизнью и развивается своим путем. Пойду.

Михаил думал, что дни для него будут тянуться медленно и нудно. Однако, действительность оказалась иной. Вскоре подтянулись историки. Настырные все такие. Въедливые, да с претензиями. А главное начали дружно его поучать на будущее, как ему в будущем бережно и ненавязчиво проводить исследовательскую работу.

Романов слушал их менторский тон, едва сдерживаясь, чтобы не послать. Но когда те заявили, что мол, в прежнем мире он уже напортачил, а потому в следующий раз они отправят его в другой, Михаил взорвался. Послал их открытым текстом, да еще и пинка выписал. Не профессору, а его помощнику. Но все же.

Затребовал к себе Щербакова и заявил, что если тот посмеет отправить его в другой мир, то он там сразу же покончит самоубийством. И будет продолжать это, раз за разом, пока его не отправят в ЕГО мир.

Макар Ефимович выслушал его совершенно спокойно, после чего пожал плечами, и заявил, что историки пусть думают, что хотят. Проектом руководит он. И решение за ним. После чего, как ни в чем не бывало вернулся к вопросам относящимся к его епархии. Что полностью успокоило Михаила.

От встреч с ним историки не отказались, хотя и поумерили свой пыл. Ведь одно дело сведения почерпнутые из аудио и видеоматериалов. И совсем иное непосредственный свидетель и участник событий седой древности.

Помимо этого Романов проводил много времени в интернете, выискивая технологии которые ему могли бы понадобиться там. Его интересовало как оружие, так и металлургия, обрабатывающие станки. Да много чего. Прямо глаза разбегались. И это при том, что еще будучи там, он пришел к выводу, что кое-что из введенного им, преждевременно.

Взять паровую машину. Ну вот куда ее, при тамошнем уровне общего развития и образования, в частности. Агрегат ломался часто и густо. Из него лезли различные детские болезни, которым они с Леонидом не могли дать ума, ввиду недостатка знаний. Уже здесь, прошерстив тему паровиков, он понял, что эти машины только кажутся простыми. На деле же там хватает нюансов.