Константин Калбанов – Пилигрим 4 (страница 21)

Глава 5

Новичок

— Хозяин, я тут отлучиться хочу. Вещички мои в комнате остались. Присмотреть бы.

Серебро он надел на себя, да упрятал в поясе, что приобрел еще у Збышека. При себе-то оно как-то надежней. Можно конечно и в банк поместить. Но смысла в этом нет. Вскоре он собирался изрядно растрясти мошну. А так-то, кроме коня, которого обихаживает конюх, хватает и иного. Да одна только кольчуга со шлемом и оружием чего стоят. Расхаживать же постоянно в броне, так себе удовольствие.

— Да, так-то у нас воровства не водится, не смотри, что за воротами града. Но ручаться конечно не стану. Люд разный бывает, — ответил хозяин постоялого двора.

— И как быть?

— Мальца какого со двора кликни, монетку ему дай, тогда справный догляд будет.

— А как сам чего удумает?

— Не-э. Такие тут не крутятся. Это же он не только себе заработок порушит. Тогда ить никому из них веры не будет.

— И сколько дерут, аспиды?

— Это как сговоришься. Но ушлые, да, цену себе знают.

— Посоветуешь кого?

— Третьяка кликни.

На зов прибежал белобрысый малец. Одет в чистую домотканую рубаху, явно не по росту. Но она подпоясана пояском, так, чтобы подобрать выше колен. Ну и порты, потому как уже считается отроком. Не босоногий, в добро сплетенных лаптях. А это уже говорит в его пользу. Либо родители заботливые, либо сам малец основательный и старательный.

— За вещичками в комнате приглядишь? — поинтересовался Михаил.

— Сколь глядеть-то?

— Для начала пока вьюн цветок не откроет*. А там, поглядим.

*В старину время определяли не только по солнцу и звездам, но и по пению птиц или раскрытию закрытию цветков некоторых растений. Вьюн открывает свои цветки в 8 часов.

— И после нужно будет? — уточнил малец.

— Нужно. Эдак, до полудня.

— Ну и чего тогда хоровод разводишь? — деловито пожал плечами Третьяк. — десять копеек, и хоть весь день приглядывать буду.

— А не много ли просишь, мил человек? — вздернул бровь Михаил. — То чай плата взрослого мужа, за целый день трудов.

— Твое дело. Хош плати, а не хош, не плати, — и вновь пожал плечами.

Но на этот раз с эдаким безразличием. Плату он конечно запросил более чем щедрую. Но с другой стороны, хозяин двора не стал бы советовать именно его. Ему ведь тоже дурная слава о заведении ни к чему.

— Получишь свою плату, — пообещал Михаил.

— Копейку вперед, — и не подумав трогаться с места, произнес малец.

— А вот сейчас было обидно, — смерив Третьяка взглядом, покачал головой Михаил.

— То сам решай. Ты тут человек проезжий. Коли не уплатишь, так и убытку с тебя никакого. А мне тут жить, и слава дурная ни к чему.

— Резонно. Держи, — протянул он ему серебряную монетку в десять копеек. — Комнату-то сыщешь?

— Поди не маленький, разберусь, — деловито ответил тот.