Константин Калбанов – Отступник-1 (страница 47)
Сколько сил было положено Рюриковичами на то, чтобы объединить все великие княжества под одной рукой. Но конца и края этому пока не видно. Хотя и сделано уже немало. Удалось всё же поумерить аппетиты великих князей, и ограничить их власть. Пока незначительно. Но уже то, что получилось установить контроль над количеством и качеством их дружин, дорогого стоит.
Дмитрий взошёл на престол шестнадцать лет назад, и все эти годы целенаправленно продвигал политику своего отца. К слову, павшего жертвой великокняжеских интриг.
Официально он погиб в результате несчастного случая на охоте. Даже если бы огромный секач разорвал его в клочья, спасти Ивана Шестого не составило бы труда. «Лекари» способны справиться даже в такой ситуации. Но батюшка при падении разбил голову. А в случае повреждения мозга амулеты и целители бессильны.
Как могло случиться, что пятнадцатикаратный «Панцирь» государя не смог противостоять натиску секача, совершенно непонятно. И следствие не пролило свет на это обстоятельство. Многие из окружения царя в то время исчезли или погибли при невыясненных обстоятельствах.
Отрабатывались все направления. Сложилось стойкое убеждение, что истинного виновника решили закопать среди множества трупов. Как и многих из исполнителей…
Великие князья надеялись, что наследник, бывший с батюшкой на ножах, оставит идею постепенного укрепления вертикали власти и реформирования государства. Но просчитались. С Иваном Шестым Дмитрий не мог спокойно говорить и пять минут. Отсутствие взаимопонимания, ссоры, вспышки гнева, всё это имело место. Но он любил отца. А ещё, верил в правильность его политики. А потому, взойдя на престол царства, продолжил её.
Самым важным его достижением было то, что десять лет назад, в восемьсот шестьдесят первом году, он отменил крепостное право. Не во всём царстве. Больше половины великих князей отказались это делать. Но уже в течении пары лет вынуждены были пойти на попятную, и ратифицировать указ царя в своих владениях.
Причина в том, что они стали активно терять своих подданных. А беглых в свою очередь с земель, где крепостничество было упразднено, выдавать отказывались. Случилось даже несколько усобиц. Но царь быстро их прекратил, воспользовавшись своим правом карать учинивших ссору в то время, когда царство находится в состоянии войны.
И плевать, что флот двигался на восток, против народов по факту не имевших военно-воздушных сил. Да что там. У них порой и нормального-то огнестрельного оружия не было. А едва ли не половина и вовсе была вооружена луками и арбалетами. И тем не менее, экспедиционные силы завязли в длительном конфликте.
Многие полагали, что войну царь тянул намерено, дабы развязать себе руки, и в случае надобности наводить порядок в государстве жёсткой рукой. И они были совершенно правы. Уж себе-то Дмитрий врать не собирался. Как впрочем и озвучивать эту мысль. Но правда заключается в том, что именно в этот период он усилил вертикаль власти царя, подмяв под себя три великокняжеских рода, не успевших сориентироваться в обстановке.
И вот ещё одна веха практически пройдена. Подтверждение по «Разговорнику» уже получено. Осталось дождаться когда курьер доставит документы, которые должны будут лечь в личный царский архив, гарантией лояльности очередного великого князя.
В дверь постучали. А затем она отворилась, и в кабинет вошёл высокий, поджарый мужчина пятидесяти семи лет от роду. Русые волосы коротко стрижены, с лёгким намёком седины на висках. Чёрный жандармский мундир, с аксельбантами, и погонами генерал-лейтенанта.
Наумов Даниил Андреевич, вот уже шестнадцать лет занимал должность командира отдельного корпуса жандармов. Занял он его в первый же день, по восшествию на престол Дмитрия Четвёртого, и нёс эту ношу по сей день. Впрочем, выбора он был лишён. Генерал-лейтенант не просто имел право входить к государю без доклада. Но пользовался его безграничным доверием.
Впрочем, у Наумова не было привычки лишний раз мозолить глаза царю. Тому порой приходилось даже в приказном порядке вызывать его, и заставлять сопровождать на той же охоте, или рыбалке. А иногда, так и просто напиться и погорланить песни. Ибо связывала их ещё юношеская дружба.