Константин Калбанов – Одиссея (страница 66)

Звук работающих двигателей броневика и грузовика, поднявшихся рольставней фургона, а следом битого стекла дверей. Предположения Нефедова оказались верными. Аккуратно работать здесь никто не собирался. Впрочем, ему без разницы. Разве только напрягала вот такая поспешность местных.

Поведя стволом, Дмитрий повернулся в сторону тыла. Есть один. Метров семьдесят. Уже пришел в движение и бежит в сторону потенциальной добычи. Нечего и мечтать попасть в голову. Стой он на месте — тогда без проблем. А вот так, на бегу — без вариантов. Точку маркера на торс. На мгновение замер и потянул спуск. Хлоп! Поймав грудью увесистый гостинец, мутант согнулся и рухнул на асфальт, сделал пару оборотов, после чего замер, раскинув руки. Это он кого другого будет разыгрывать, но сейчас добивать некогда. Тот в любом случае уже не опасен.

Ствол дальше по дуге в поисках следующей цели. Вот он, уже в полусотне метров. Хлоп! Этот рухнул на колени — и с ходу плашмя лицом-мордой об асфальт. Дмитрий отчетливо расслышал удар головы о твердое покрытие. Хорошо так приложился. Качественно.

Несмотря на то что до третьего было гораздо дальше, скорость тот набрал куда бо́льшую, а потому не успел Дмитрий разобраться со вторым, как он пробежал мимо него. Стрелять пришлось уже метров с тридцати. И все же промазал. Вампир оказался на удивление развитым, ловким и быстрым. Он ушел в сторону за мгновение до выстрела. Но вторая пуля все же ударила его в ногу, повредив кость. Мутант с диким воем упал на асфальт буквально метрах в шести от стрелка. Третья пуля заставила его поперхнуться и замереть. Четвертая разметала мозги.

С остальными находившимися с тыла разобрался Дог. Взгляд на их с Лацисом сектор. Чисто. Латыш не просто подстрелил своих противников, но и провел контроль. Дмитрий мысленно чертыхнулся и навел маркер прицела на голову первого.

— Стрелок, Чисто.

— Дог, чисто.

— Ковбой, чисто.

— Латыш, чисто. Русский, ты тратишь слишком много патронов.

— Ну извини, соревноваться с вами я не подписывался.

— Учись, делай выводы и отрабатывай навыки. От этого может зависеть не только твоя жизнь.

— Оставил бы меня в броневике…

— Я сам буду решать, как мне поступать. Запомни это, русский, и никогда больше не смей мне указывать. Ты меня понял?

— Понял.

Кнопка на этот раз предпочла отмолчаться. То ли сержант сумел все же к ней подластиться, то ли из-за размеренно звучащего голоса она попросту не поняла, что только что ее хозяина отчитали. Впрочем, Дмитрия данное обстоятельство устраивало полностью. Начни собачка кусаться — и ее судьба будет решена.

— И что, это все. Вот этого ребятки так опасались? — не выдержав, хмыкнул Дог.

— Не расслабляться, — резко бросил Лацис.

Признаться, Дмитрий и не собирался чесать грудь от скуки. Вот не показались ему эти компьютерные гении пугливыми. Будь так — они уже давно ушли бы под защиту властей. Но нет, предпочли выживать самостоятельно. Еще и планы какие-то имели. А значит, однозначно и с мутантами дело приходилось иметь не только на компьютерном мониторе. И коль скоро им потребовалась поддержка…

— Сержант, Кнопка волнуется. Да еще и понятия не имеет, в какую сторону вертеть мордой, — доложил Дмитрий, вглядываясь в окружающие здания и не видя угрозы.

— Все забираемся в броневик и к бойницам, — тут же отреагировал Лацис.

Доверяет он этому живому радару или нет, не суть важно. В этом деле лучше перебдеть, чем недобдеть, вот он и страхуется. Причем совершенно правильно. Едва Дмитрий рванул дверь, как с лестницы, ведущей к парадной двери, в настоящий момент выбитой и осыпавшейся тысячами осколков, вынеслась… Лавина. У Дмитрия попросту не было другого определения. Он и сам не понял, как оказался внутри, с силой захлопнул дверь и, не доверяя замку, вдавил клавишу запора.

Он только пристраивал «вепря» в бойнице, когда захлопал автомат Лациса. А еще секундой спустя в гуще выбегавших мутантов рванула граната. И когда только модификант успел ее запустить? Еще один взрыв. Ага, и не только он. Третий взрыв. Все трое. Вот… Молодцы. Чего уж там. Но, как уже говорилось, соревноваться с ними Нефедов и не подумает.