Константин Калбанов – Одиночка. Охотник за головами (страница 83)

Винк, теперь уже не обращая внимания на свистящие вокруг пули, пристроился за корнями дерева, на этот раз представляя собой едва ли не грудную мишень. Выстрел. Мимо. Еще выстрел. И опять мимо. Перевозбудился паренек. Но подобное не входит в планы Сергея.

Пошнагов схватил парня за шиворот и опрокинул на спину, уводя из-под обстрела. Винк впился в него таким гневным взглядом, что, того и гляди, испепелит. Но Сергей и не думает скрывать своего возмущения по поводу поведения паренька. И ему плевать, что у этого идиота практически нет шансов погибнуть.

На борту «Щуки» установлены криогенные капсулы. В случае необходимости тело можно будет поместить в одну из них, а затем доставить в Раппель, где находится единственный по-настоящему современный медицинский центр на этой планете. Но ведь регенерация будет совсем даже не бесплатной, и платить за нее будет Сергей, из страхового взноса. А двести тысяч – это вовсе не шуточки.

– Что ты себе позволяешь? – возмутился Винк.

– Я просто выполняю свою работу, господин Винк. А она состоит в том, чтобы вы оставались живы. Поверьте, ощущения в регенерационной капсуле при воскрешении далеки от приятных. Знаю по собственному опыту. И потом, настоящий охотник тот, кто добывает дичь и при этом сам остается невредимым. А вы уселись, как птица на насесте, изображая из себя самую настоящую мишень. Ну как, успокоились? Готовы показать этим ублюдкам, кого следует бояться?

– Да, – осознав правоту Сергея, решительно тряхнул головой Винк.

– Тогда поднимайтесь и продолжим.

Тем временем бандиты сменили тактику. Кем бы они ни были, но дураками их назвать сложно. Потеряв троих, они начали все время перемещаться, меняя позицию и не давая пристреляться. А вот зажатые ими охотники такой возможности были лишены начисто, так как находились на дне поросшей лесом лощины.

Впрочем, невыгодность позиции с лихвой компенсировалась неумелыми действиями бандитов, которые не шли ни в какое сравнение со стрельбой Винка и Ронка. Все же сожженные на стрельбище сотни патронов сделали свое дело. Парни не только сумели привыкнуть к весьма необычному оружию, стреляющему со страшным грохотом и лягающемуся, как испуганная лошадь, но и научились при этом попадать в цель. Что и демонстрировали в настоящий момент.

Винк подстрелил еще двоих, Ронк – одного, когда бандиты все же решили ретироваться, плюнув на столь агрессивную добычу. Поначалу-то все было в порядке. Дичь была напугана и пряталась, опасаясь высунуть нос из укрытия. Постреливали в ответ, не без того, но делали это без огонька и столь же неумело, как и сами бандиты. Но потом что-то переменилось. И если гибель первого сообщника показалась случайностью, то, когда потери перевалили за половину, вожак предпочел оставить место схватки.

Итак, результат боя – шесть трупов. Поправочка. Трое раненых. И один из них сейчас лежит перед Сергеем и Винком. Пуля угодила ему в плечо, и, судя по всему, рана была не из приятных, коль скоро раненый был не в состоянии оказать сопротивление. Наверняка перебит сустав. Плохая рана. Как только он еще остается в сознании?

Сергей внимательно осмотрел мужчину, взирающего на него с нескрываемым страхом. Ну так и есть, вот они, патронташи, пересекающие грудь крест-накрест. В наличии и оружейный пояс с кобурой, револьвер, выбитый из руки бандита Пошнаговым, валяется в стороне. Хм. И одежда вполне приличная, если не сказать новая. Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. Это кто же на них напал?

– Витя, если есть пленные, допроси. – Вместо ответа чуть в стороне раздался револьверный выстрел. – Витя, чтоб тебя!

– Спокойно, Сергей. Один ублюдок кинулся на Ронка. Но у меня есть еще один.

– Хорошо. Ну что, дружище, поговорим? – упираясь револьвером в колено раненого, с улыбкой поинтересовался Сергей.

– А чего говорить, охотник? Убей меня – и дело с концом, – облизав пересохшие губы, невесело ухмыльнулся бандит.

А ничего так, с характером. Впрочем, когда слишком часто наблюдаешь смерть, начинаешь к ней относиться куда спокойнее. И чем чаще ее видишь, тем меньше ценишь чужую жизнь и проще относишься к своей смерти, осознавая неизбежность окончания бренного пути. Как видно, этот тип уже давно смирился с тем, что умрет не в постели.