Константин Калбанов – Одиночка. Охотник за головами (страница 73)
– Так ведь корпорация вроде вывозит только неизлечимо больных, – удивился Сергей.
Этим дельцам выгоды от спасения калеки никакой. Им идут льготы только за спасение
– Так и есть. Я там за жизнь цеплялся, как только мог. Из последних сил, на одной злости. Да только отношение к нам было так себе. Так уж случилось, что накрыл меня туберкулез и давай прогрессировать семимильными шагами. В общем, вербовщик вывез полумертвый обрубок. А теперь ничего, нормально получилось, даже руки-ноги отрастили.
– Ясно. А дальше?
– Да дальше все очень просто. Нарвался на объявление, что требуется работник на опасную работенку. Медицинская страховка, все дела. Проверил контору, вполне зарекомендовавшая себя, не левак какой. Прилетел, устроился. Вот так и оттрубил десять лет.
– А что за контора?
– Сфера услуг для туристов-экстремалов. А вернее, охотников. Устраивали сафари на опасных хищников. Я ведь из сибиряков. Дед с детства к охоте приучал, он у меня за всю родню был. Так что, считай, по специальности устроился. Пришлось конечно же местных зверушек изучить, не без того. Но знаешь, что я тебе скажу: звери – они везде звери, а человек – та еще сволочь.
– Угу. Это факт. Еще на Океании убедился. Так а случилось-то что? Экстремалы кончились и контора разорилась?
– Скажешь тоже, кончились. Да этот народ никогда не переведется, а уж среди богатеньких буратин – и подавно. С боссом моим несчастье случилось. Мы за эти годы каждый по паре раз отправлялись на полную регенерацию.
– Ого. Опасные зверушки, как я погляжу.
– Не без того. Но так-то все обходилось. А тут легнуар, это что-то похожее на саблезубого тигра, напал на Раика. Тот свалился со скалы и проломил себе череп. А как ты знаешь, мозги восстанавливать здесь еще не научились. Хороший был мужик, царство ему небесное.
– И что, с его смертью пришел конец конторе?
– Отчего же, она в полном порядке, правда, теперь там заправляет сын Раика. А у нас с ним, мягко говоря, недопонимание. Словом, выставил он меня за дверь без выходного пособия. Хорошо хоть появился уже после проведения следствия, доказавшего мою невиновность.
– Значит, ты сейчас в поиске?
– Это точно. Денег за эти годы я успел чуток скопить. Семьей не обзавелся, так что тратить особо было некуда. Опять осмотрюсь и решу что-нибудь.
– У меня свой корабль, я лечу на Клайп. Если хочешь, можешь присоединиться. Вылет завтра в десять, по орбитальному времени. Мои координаты у тебя есть.
– Угу. Спасибо. Ладно, пойду и впрямь пересплю проблему, глядишь, ты прав окажешься и утром все предстанет в ином свете.
Они расстались, едва вышли из бара. Виктор сразу же направился к лифтовой шахте, чтобы спуститься на уровень, где располагалась ночлежка. Сергей же решил пройтись по этому уровню, являющемуся обзорной палубой и изобилующему различными магазинами, барами и ресторанами.
Особенно дорогие заведения расположились у панорамных окон, из которых открывался прекрасный вид на планету. Пообедать на вершине мира – в этом что-то есть. Именно за этим сюда поднималась молодежь из обеспеченных семей. Не сказать, что билет на орбитальный лифт запредельно дорог. Но ведь потом предстоит еще и обед за весьма кругленькую сумму. Подобное может позволить себе не каждый.
Разумеется, здесь были заведения и с вполне приемлемыми ценами. Относительно конечно же. Кто сиживал в заведениях того же аэропорта, могут себе это представить. Но ведь речь идет о ресторанах с видом из панорамных витрин. Кстати, есть и такие, где имеется прозрачный пол. Но в эти заведения вообще можно попасть только по предварительной записи.
Как ни странно, но космических бродяг типа Сергея в общей доле населения не так уж и много. У подавляющего большинства все заботы связаны с поверхностью той или иной планеты. И, как это ни странно звучит, но больше половины людей ни разу не бывали в открытом космосе. Вот такие пироги с котятами. А потому орбитальная станция – достаточно экзотическое место.