Константин Калбанов – Одиночка. Охотник за головами (страница 48)

Нечто подобное этому маневру Сергей уже отрабатывал во время обучения. И поначалу эти его выходки неизменно вводили искин в растерянность. Но постепенно тот научился особо не удивляться причудам обучаемого и начал вполне адекватно реагировать. Однако при сбросе всех данных в его памяти неуверенность и замедленная оценка действий Сергея со стороны искина проявлялись вновь.

Ложемент исправно принял на себя основную долю перегрузок, но и оставшегося оказалось более чем достаточно. Сергея с силой вдавило в кресло, широкие ремни впились в тело. Разумеется, бронескафандр погасил воздействие ремней и никакого дискомфорта от этого давления Сергей не ощутил. Но одно то, что он вообще почувствовал ремни, уже говорило о многом.

Невольный взгляд на девушку. Вот кому сейчас достается по полной. Она вообще никогда не ощущала перегрузок, разве только во время старта с планеты. А тут такое, да еще и в столь жестком исполнении. В мгновение ее лицо превратилось в бледную маску. Вот так сразу и не поймешь, то ли ее мутит, то ли она испытывает сильную боль. Даже со стороны заметно, как ремни впились в хрупкое тело.

Вот только отвлекаться на это Сергею некогда. Бросил мельком взгляд – и все, пора возвращаться к происходящему. Хм. Хорошо еще, что при этом он отчего-то решил закрыть забрало шлема. Не иначе как шестое чувство сработало.

Именно в этот момент после его нового маневра желудок Клайры все же взбунтовался, и она выдала целый фонтан. Рвотная масса разлетелась по всей рубке, повисая на потолке, стенах, приборах и растекаясь по пульту управления. Ляпнуло и на его забрало. И как только он сумел удержать в себе содержимое своего желудка?

По большому счету за это он должен был благодарить голливудского «Трудного ребенка». Ну и свое воображение, подчас выдающее поразительные фортели. А причина тут в том, что еще при взгляде на девушку он отчего-то вспомнил сцену с каруселями из этого фильма. Ну ту самую, когда в результате очередной проказы всем дружно стало плохо. Так что произошедшее им воспринялось как-то отстраненно, словно он наблюдает за всем со стороны. Ну разве только быстренько смахнул рвоту с забрала.

Разумеется, пират не смог повторить маневр Сергея. Подобное ему было не под силу из-за его куда больших габаритно-массовых характеристик. Конечно, это вовсе не означает, что у «Щуки» появились шансы сбежать. Скорее уж Пошнагов мог носиться вокруг яхты подобно комару.

Хотя… По большому счету это бесполезно ввиду явного преимущества яхты в вооружении. К примеру, ракет малой дальности с обычными боеголовками того же класса, что имелись на борту «Щуки», у пирата могло быть чуть не под сотню. И пусковых установок не одна, а несколько. Словом, при обычном раскладе Сергею ничего не светило, хоть ужом вертись на сковороде. И очень скоро ему пришлось в этом убедиться.

– Эй, приятель, ты что вытворяешь? – раздался удивленный голос по линии связи, правда, на этот раз без изображения. – Хочешь поиграть? Л-ладно, давай поиграем.

Сергей ничего не ответил, так как испытываемые перегрузки не располагали к разговорам. Вместо этого он только упрямо сжал челюсти, выводя «Щуку» на вектор атаки. Плевать, что там предпримет пират, Пошнагов не намерен на это отвлекаться, упорно осуществляя задуманное.

А с борта пирата ответили залпом из трех установок, отправив в сторону «Щуки» шесть ракет. Сергей ответил двумя. Вот только то, что можно было воспринять за противоракетную оборону, на деле оказалось атакой. Мало того, когда случилось небывалое и траектории двух враждебных ракет совпали без приказа и участия человека, ракета с «Щуки» слегка ушла в сторону, избегая столкновения.

Вполне ожидаемо, снаряды Сергея достигли своей цели и сдетонировали, столкнувшись с силовой преградой щита пирата. Не сказать, что тот не понес потерь, но они оказались мизерными. Две ракеты – и урон в какие-то жалкие три процента энергии.

Стоит ли удивляться, что пират даже не подумал задействовать средства собственной непосредственной обороны. К чему тратить ресурсы даже иглометов, когда можно обойтись щитом, который сам восстановится при работе реактора.