Константин Калбанов – Мичман с «Варяга» (страница 88)

Вообще-то, существует опасность, что какой-нибудь храбрец рванёт боезапас, находящийся в патронном погребе в носу, или откроет кингстоны в машинном отделении. Вот не собираюсь я отказывать японцам в мужестве и забывать, где именно проявилось массовое самопожертвование во вторую мировую. На секундочку, это как раз Россия, в смысле СССР и Япония.

Но меня сейчас интересует радиорубка, которая как раз и должна располагаться в офицерских помещениях. Я приметил на мачте антенну, и если нам удастся заполучить шифры, это будет охренеть какой добычей. Конечно, хотелось бы добыть и сигнальные коды, которые должны быть в ходовой рубке. Но если выбирать между ними, то я ставлю на радио, которое самураи, в отличие от нас, используют весьма широко.

Внизу оказалось сумрачно. Света от небольших иллюминаторов мало, а электрическое освещение только что помножила на ноль граната. Да ещё и глаза режут газы от сгоревшего пороха. Повёл стволом ружья, выискивая цель. Ч-чёрт, нужно будет приделать пистолетную рукоять, с прикладом слишком громоздко.

Кают-компания. Пусто. Каюта. Казарцев рванул дверь, я сунулся стволом. Двухъярусные койки справа, у иллюминатора небольшой столик, справа крючки с вешалками. Тесно и пусто, укрыться негде. Ещё две каюты, одна из них капитанская. Никого.

Последняя. Я вновь сунулся стволом и сразу надавил на спусковой крючок. Грохнул выстрел, и японского мичманца, ну или кайгун-сёй-кохосей, язык сломаешь, отбросило на узкий столик, над которым половину стены занимает радиопередатчик. Ещё и короба какие-то на полу стоят. Ох, и бандура. Такую на одной повозке не увезти. Но это ерунда.

— Илья, одеяло из каюты живо!

Тот молча метнулся в ближайшую и через пару стуков сердца протянул мне требуемое. Получится захватить миноносец, не получится, но эти трофеи я должен утащить. Сложил книги, журналы, всё до единой бумажки и увязал в узел. Когда поднялись на палубу, приказал катеру приблизиться и перебросил добычу Ложкину.

— Неси в мою каюту! Если пропадёт, яйца оторву!

— Есть, — коротко бросил артиллерийский кондуктор и метнулся выполнять приказ.

Тем временем Галанцев и Будко закончили зачищать кормовой кубрик, оказавшийся пустым. Да оно и понятно, все ведь находились на боевых постах. От обстрела кто-то мог укрыться и там, но вот как-то не случилось.

Японские моряки решили воспользоваться моментом, пока катер подходил к нам, а Ложкин бегал в каюту, да потом ещё и менял ленту. Вооружившись винтовками, они попытались нас атаковать, сделав всего лишь по одному выстрелу и рванув в штыковую.

Стрельба заставила нас искать укрытие, но когда самураи побежали в атаку, загрохотали дробовики. Причём работали мы парами, полностью перекрывая узкий проход вдоль бортов. Стоит ли говорить, что храбрых противников вскоре не осталось. Причём у нас так и не дошло до короткоствола. А там опять затакал максим, загоняя в укрытие тех, кто ещё оставался цел.

Пополнив магазины, мы двинулись дальше, блокируя встречающиеся по пути крышки люков. Когда подошли к камбузу между второй и третьей трубами, я взобрался по скобам на надстройку и, разбив выстрелом стекло иллюминатора, забросил гранату, после чего заглянул в открытую дверь. Внутри царил погром, а в углу лежал истерзанный труп кока. Получается, не покинул своего поста. Ну или испугался и спрятался. Не суть.

Когда вышли к боевой рубке, Казарцев забросил гранату на ходовой мостик и сноровисто взобрался наверх, держа наготове наган. Даже пальнул пару раз в лежащих там матроса и командира, скорее на всякий случай, чем по необходимости. Перешёл по мостику и точно так же проконтролировал четверых, обнаружившихся на площадке с трёхдюймовкой. Ну и переставил машинный телеграф в положение «стоп машина», благо там всё понятно и знание иероглифов не требуется. Как ни странно, запертые машинисты выполнили приказ, шум паровиков прекратился, и миноносец начал замедляться.

Пока мы зачищали мостик, Мещеряков и Дубовский заняли позицию, беря под прицел выход из носового кубрика. Боцман со своей группой попытался проникнуть в боевую рубку, и так как дверь оказалась запертой изнутри, выстрелом вынесли стекло иллюминатора и забросили гранату. После чего провели контроль.