Константин Калбанов – Мессия (страница 80)

– Ксюша… – Он попытался ее обнять.

– Нефедов, если ты решил, что это был классный эротический массаж, спешу тебя заверить – на прелюдию это не тянет. Лучше не зли меня. Все. Одеваемся и ужинать.

А что тут еще скажешь. Мог бы и догадаться, за каким таким интересом она тут разыграла целую комбинацию с душем. Ума нет – ходи голодный. Три ночи в «Ковчеге» были умопомрачительными. Но с тех пор близости у них не было. Афишировать свои отношения не хотели, а наедине оставаться не получалось.

В кафе занят был только один стол. Раньше Дмитрий этих четверых не видел. По виду же не определишь. Бандиты, мародеры и охотники на одно лицо. Поди разбери, кто из них кто. К тому же они нередко совмещали и то, и другое, и третье.

Вообще-то народу должно быть побольше. Наверняка парятся в сауне, с пивком и вяленой рыбкой. Сам Михалыч его не варит. Было дело, обнаружили на трассе груженую фуру. Притащили сюда да разгрузили в подвал. У этого напитка такой срок, что и за год с ним ничего не станется. А рыбка своя, озерная.

– О! Как-то вы быстро. А я сказал Лиле, чтобы она не торопилась, – заметил Тихонов, встречая товарищей.

– Илюшенька, а чего это у тебя такой многозначительный тон? – язвительно поинтересовалась Ксения.

– Да ла-адно. Я, конечно, ботан, но не настолько же.

– Ничего. Не было, – с расстановкой произнесла она.

– Это я уже понял, – хмыкнул парень.

– Я тебе сейчас ногу прострелю.

– Это иррационально, – пожав плечами, возразил Илья, – так ты ослабишь группу.

– Илья, где наш ужин? – решил остановить словесный поток Дмитрий.

– Сейчас.

Парень обернулся в сторону кухни и, позвав повариху, попросил подавать на стол. С обслуживающим персоналом тут некоторая напряженка, а потому все кафе на поварихе. Впрочем, народу не так чтобы и много. Да и Михалыч с Юрой не чураются помочь, если свободны.

Лиля подавать на стол не стала. Хлопнула разносом о барную стойку и, стеганув Нефедова злым взглядом, вернулась на кухню. Знает уже о том, как он на их мужика наехал. Вот и выказывает гостю свое недовольство.

Ужинал без аппетита. Все перемывал самому себе кости по поводу Михалыча. А имеет ли он право вот так обвинять человека? Кто-то обеспечил ему защиту, чтобы он не пускал к себе разных проходимцев? А власти. Разве они предпринимают что-либо, зная о специфике существования таких мест? И дело тут вовсе не в том, что им плевать и они преследуют собственные цели. Простой рационализм. Пользы от постоялых дворов больше, чем вреда. И это действительно так.

Вторая причина дурного настроения – конфуз с Ксенией. До того как они переспали, он вроде бы нормально обходился без женской ласки. Ну нет и нет. Других забот хватало. Из пубертатного возраста он давно вышел. Опять же потеря семьи. Но вот стоило только разок попустить, как потребность тут же дала о себе знать. Глупости, конечно, творить он не будет, но настроения это не улучшило.

– Михалыч, ты уж извини меня. Сорвался я, – после ужина подошел к хозяину Дмитрий.

– Да понимаю я все. Семью такие же говнюки на тот свет спровадили. А тут Николаевский этот. Вон Юрке и того горше пришлось, когда трое из той кодлы сюда пожаловали. Он за ствол, насилу утихомирил. Ружье отобрал и в подвале запер. Потом поговорили. Понял. Вон никуда не уходит, со мной по хозяйству крутится.

– А эти? Неужели стерпели?

– Хотели порешить его. Но я встал в дверях – мол, сначала меня, а там уж и мальца. Бабы мои со мной в кучку. Так и стояли, как овцы на заклание. Не тронули. Перекусили. Пополнили запасы и уехали.

– И?

– Да придурки, – пожав плечами, выдал диагноз Михалыч. – Это каким же дебилом нужно быть, чтобы, имея на плечах погоню, переться на постоялый двор. Военные перемирия нарушать не стали. Отсиделись в засаде, а когда эти отъехали от «Рыбака», порешили всех троих.

– Ясно.

– Дима, слушай, тут такое дело. Позавчера заезжали сюда четверо. Матерые такие волчары. Нерусские. В смысле заграничные птицы. Старший их тобой интересовался.

– Уверен, что мной?

– Фото твое показывал.

Вот оно, значит, как. Пожаловали все же охотники. С другой стороны, этого следовало ожидать с такой-то рекламой, устроенной безопасниками «Ковчега». Впрочем, он ведь понимал, что они на него выйдут, и даже сам собирался устроить им западню. Но завертелось, закрутилось и как-то сразу стало не до этого. Да только если не думать о проблеме, она ведь никуда не денется и сама не рассосется.