Константин Калбанов – Кроусмарш (страница 34)

– Они в тюках.

– Хорошо. Перенесите их ко мне.

– Ясно. Разрешите идти, милорд.

– Иди.

Когда он уже выезжал из форта, охотники расположились на сеновале и, беспрестанно сыпля шуточками, ударными темпами накачивались вином: что ни говори, но в такое ясное утро сидеть в полутемной и душной казарме – удовольствие сомнительное. Рядом с ними на пахучем сене устраивались и солдаты гарнизона.

С приходом основного каравана, а вместе с ними и сотни наемников, арбалетчиков, распорядок жизни в форте резко изменился. Теперь воины вели ночной образ жизни, каждую ночь пропадая в секретах. Задача была простой как мычание: наглухо перекрыть проход и не выпустить отсюда ни одного орка. Враг должен был как можно более долгое время быть не в курсе того, что здесь происходит, да и рейдерские походы на людскую территорию нужно было пресекать – это теперь было основной задачей барона Кроусмарша.

Однако, как бы ни устали воины после бессонной ночи, мало кто откажется провести время, слушая удалые байки бывалых охотников. Правда, молодняку похвастать было пока нечем, но Жан справлялся с этой задачей за всю артель, а уж у него-то этих историй было предостаточно, при этом он не забывал почаще наполнять кружки своих подчиненных, стремясь как можно быстрее их напоить.

Андрей не переживал на тот счет, что воины также приложатся к бочонку: никто не захочет связываться с Робином и Джефом, а в последнее время Андрей стал замечать, что в деле поддержания дисциплины им активно помогал Итен. Эта метаморфоза перестала удивлять его после того, как он узнал о давней дружбе этой троицы. Судя по всему, ветеран решил пожертвовать своим самолюбием, чтобы не мешать друзьям. Новак прекрасно понимал, что это никоим образом не повышало в глазах Итена его командирский авторитет. Время от времени он ловил на себе ироничные взгляды ветерана, но ни словом, ни делом тот не выказывал своего неуважения, мало того – насколько ему было известно, не позволял ни себе, ни другим негативных высказываний по отношению к барону. Воистину дружба способна творить чудеса. Но Андрея сложившаяся ситуация не радовала: ведь его-то заслуги в этом не было, мало того – этот лучник служил ему постоянным напоминанием о том, как он опростоволосился и был заткнут за пояс простым ветераном. Но пока он с этим поделать ничего не мог.

Путь к месту будущего села был неблизким: его было решено устроить в пяти километрах от форта. Причин тому было несколько. Начни люди обустройство рядом с фортом – и избежать преждевременного их обнаружения орками было бы куда сложнее, к тому же существовала опасность гибели людей при прорыве очередной орочьей банды. А сейчас в Кроусмарше, помимо семей прибывших на поселение, имелось еще и более двух сотен работников, в основном каменотесов и каменщиков, но была и артель плотников. С другой стороны, сам Маран указал на это место как на наиболее перспективное для обустройства села, обосновывая это наличием земель, пригодных для пашни, выпаса и сенокосов. Немаловажным было и то обстоятельство, что село должно было расположиться на высоком берегу Тихой: берега ее особой высотой не отличались, и это возвышение было чуть ли не единственным, а значит, в половодье угроза наводнения отсутствовала. С другой стороны, решался вопрос с обеспечением населения рыбой, а рыбной ловлей занимались все крестьяне. При грамотном старосте они могли обеспечить рыбой не только себя, но еще и разнообразить подать продовольствием и даже немного на этом заработать. Наличие неподалеку лесного массива с лихвой решало вопрос потребности в дровах и строительном материале. В общем, удобное во всех отношениях место.

Правда, Грэг был немного недоволен подобным выбором, так как установить на этой реке водяные колеса с запрудами было тем еще удовольствием, к тому же течение не было достаточно сильным. Его больше порадовало бы устройство села на берегу Обрывистой, с ее бурным течением.

Маран и Грэг даже успели весьма шумно поспорить по этому вопросу. Памятуя о том, что творилось на кузнечном подворье в Новаке до вмешательства инквизиции, староста наседал на то, что главный кузнец со своим хозяйством задушит все село. Грэг же утверждал, что прямая заинтересованность милорда как раз в том, чтобы кузнецы работали на полную мощность, так как производимая продукция приносит ощутимую прибыль в его казну.