Константин Калбанов – Кречет (страница 72)

Ноги и низ живота взорвались болью, в глазах радужные круги. Имплантаты с нанитами пытаются как-то не дать мне загнуться от болевого шока, но без скафандра с его аптечкой получается откровенно плохо.

Я практически ничего не вижу за опустившейся красной пеленой. Но всё же сумел рассмотреть четвёртого из остававшихся на земле. Эта сволочь обошёл меня по флангу и вышел в тыл. Он отлично видит, что попал, и попал качественно. Потому и расслабился нарвавшись на ответку. У меня, как выяснилось, высокий болевой порог, да ещё и усиленный нанитами. Перед глазами конечно всё плывёт, и вижу я только контур приближающегося ко мне неизвестного, но я ведь сейчас, как минимум, и вовсе должен быть в отключке.

Короткая очередь на три иглы, и электромагниты прогудели вхолостую. Магазин на сотню игл вышел без остатка. Но военное счастье было на моей стороне, и этого оказалось достаточно, чтобы сразить противника.

С трудом ворочая трубу ПЗРК сумел взгромоздить один её конец на тело убитого, и на ощупь сняв предохранитель нажал на спуск. Грохнул выстрел, ударила газовая струя. Меня прострелила такая дикая боль, что я тут же провалился в непроглядный мрак…

Первое, что я почувствовал придя в себя, это холод. Меня даже передёрнуло, так захотелось прикрыться чем-нибудь тёплым и мягким. Потом уже открыл глаза, чтобы осознать, что нахожусь в знакомой обстановке мед-блока. Разве только надо мной прозрачная крышка регенерационной капсулы, которая тут же начала подниматься.

— Не вставайте, — произнесла девушка в белом халате, обнаружившаяся рядом с капсулой.

Одарив меня ободряющей улыбкой, она ловко извлекла из меня иглы катетеров, обрабатывая следы от них спреем антисептика. Считанные секунды, и она предложила мне руку, чтобы помочь встать. Я было хмыкнул и отказался от помощи, но едва попытался подняться, как понял, что сильно погорячился. Девушка продолжала предлагать мне руку, с понимающей улыбкой и озорными бесятами в глазах.

— Я так понимаю, что коль скоро мы тут, то уже не мужчины, а пациенты, — сдаваясь, вздохнул я.

— Вы правильно понимаете, Клим Витальевич.

Я ухватился за руку медика и позволил поудобнее перехватить себя, отмечая несоответствие изящной фигурки и силы скрытой в этом теле. С помощью девушки мне удалось-таки сесть. Перед глазами всё поплыло и я опустил веки, приходя в себя после столь незначительного усилия.

— Мне холодно, — невпопад произнёс я.

— Это нормально. Скоро пройдёт. Выпейте пожалуйста, — она протянула мне стакан с какой-то мутной жидкостью.

Хорохориться и игнорировать рекомендации врачей, глупое занятие. Им всяко лучше знать, что для их пациента хорошо, а что плохо. Поэтому я выпил жидкость. На удивление её неприятный вид не имел ничего общего с лимонным вкусом. Правда, явственно ощущалась химия, но это куда лучше, чем нечто горькое и невероятно полезное.

— Сколько я тут? — спросил у медика.

— Семь суток, — с готовностью ответила она.

— Я так понимаю, меня убили? — хмыкнул я.

— Вас доставили в криостазе в состоянии клинической смерти. — без тени иронии ответила она.

— Понятно.

Дальше спрашивать не стал, всё же она медик, и может не знать даже обстоятельств при которых мною были получены ранения. Невольно глянул на ложемент капсулы, и хмыкнул. Иглы из меня не извлекали, их выдавили разогнанные наниты регенерации. Вон они стальные жала в количестве… Штук десять вроде, полностью считать не стал. И без того понятно, что меня хорошо нашпиговали.

— Как себя чувствуете? — спросила медик.

— Хочу есть, — честно ответил я, а буркнувший желудок это подтвердил.

— Вот и замечательно. Сейчас пройдём в палату, там вас покормят бульоном, а после с вами желает переговорить следователь военной прокуратуры.

— Странно, напали ведь на гражданских?

— Зато вы служите на флоте. Ну, готовы к новым свершениям. Я о пешей прогулке до палаты, — поймав мой вопросительный взгляд пояснила она.

И вновь я ощутил несоответствие формы и содержания. Даже подумал, а не андроид ли она. Но вспомнил бесят в глазах и отбросил эту мысль как несостоятельную. Искины не бывают настолько разумными, сколько не пытайся. А сенсоры, выполняющие роль глаз, никогда не сравнятся по живости с настоящими. Так что, причина тут однозначно в нанитах.