Константин Калбанов – Колония. Ключ (страница 73)

Здание терминала аэропорта особого впечатления не производило. Самое обычное, без прикрас и изысков. Что впрочем не удивительно, в таком-то захолустье. Но зато уже привычно чисто и пристойно.

Людей немного, в основном туристы, прибывающие сюда для любования местными красотами. А посмотреть тут есть на что. Даже Александр, который вырос на Кавказе, да ещё и немало времени провёл на Колонии, остался под неизгладимым впечатлением.

— Сэр, не могли бы вы пройти со мной.

Подошедший полноватый служащий безопасности аэропорта вовсе не спрашивает, а именно предлагает пройти с ним. Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. Америка конечно та ещё привереда в плане посещения её иностранцами. Но Александр вроде постарался сделать всё так, чтобы к нему не возникло ни каких претензий.

— А в чём дело? — Сильно коверкая слова, поинтересовался Александр.

Кстати, как ни краток был его визит в англоговорящие страны, с плане знания разговорного языка у него наметился явный прогресс. Сами собой начали всплывать, казалось бы напрочь позабытые уроки английского в школе. Вот что значит, погружение в среду. Конечно же полиглотом он не стал, и всё так же безбожно коверкал слова. Но по крайней мере, окружающие стали его понимать.

— Ничего особенного, простая формальность, — заверил его безопасник.

— И всё же? — продолжал настаивать Александр.

— Вы же из России?

— Это преступление?

— Нет сэр, что вы. Но необходимо прояснить кое-какие нюансы.

Послать бы его вместе с его нюансами. Но куда ты его пошлёшь. Посадка ещё не началась, да и начнётся, это вовсе не будет гарантией того, что все проблемы остались позади. Ему ещё целых четыре часа лететь до Сиэтла, там несколько часов ожидать рейса до Краснодара, и пересекать границу.

Словом, быковать смысла никакого, как и надавить именно на вот этого служащего. Остаётся пройти за ним, а там уж по обстановке. Если это местная инициатива, то Александру вполне по силам, заставить всех позабыть о нём. Только бы он не оказался вовлечён в очередную охоту на ведьм. С этих пиндосов станется, обвинить его в чём-нибудь эдаком, только потому что так легла карта, ну и в свете наметившегося противостояния с русскими.

Даром что ли МИД рекомендовал гражданам России воздержаться от поездок в Америку и в те страны, с которыми у США есть договор о выдаче преступников. Как говорится, лес рубят, щепки летят. Только вот щепки эти, человеческие судьбы. И у Александра не было никакого желания оказаться в роли этой самой щепки.

Поэтому он сразу же решил, что если его задержание является какой-то провокацией на высоком уровне, то будет прорываться на Родину, любыми путями. Нет, не с боем. Но какими-нибудь контрабандистскими тропами. Не может такого быть, чтобы таковые не имели место быть. Конечно же это будет сложно, но лучше уж попотеть, чем оказаться за решёткой по надуманному поводу. Спокойно. К чему себя накручивать. Глядишь, через пять минут ещё и смеяться будет над своими страхами.

Безопасник открыл неприметную дверь в какое-то помещение, любезно предлагая Александру пройти во внутрь. Хм. Оставлять за спиной этого малого как-то не хотелось. Александр окинул его взглядом. Ничего примечательного, обычный толстозадый парень, с ловкостью сельского увальня. Словом, если надумает что-то учудить, то ни проворства, ни нужных навыков в нём не наблюдается.

Но отчего же, так муторно на душе. Не стоит туда входить. Ох не стоит. Да почему не стоит? Что там может быть такого, с чем он не сможет справиться? Да даже если его упакуют в наручники, потом сами же их и снимут, даже на колени при этом станут, если он захочет.

Александр решительно шагнул в небольшую комнатку. Справа от двери стоит стол с компьютером и разбросанными на нём бумагами. За столом в офисном кресле сидит…

Ладыгин сразу узнал этого субтильного мужичка. Ещё бы, ведь именно с ним он беседовал по поводу портала и Колонии. Все его чувства тут же вздыбились, внутренний голос возопил об опасности.

Но предпринять он уже ничего не успел. В спину вдруг что-то ударило, по телу пробежал электрический разряд, а тело скрутило от невыносимой боли. Мгновение, и он уже корчился на полу, в судорогах. В голове только одна мысль — когда же всё это прекратится.