Константин Калбанов – Колония. Ключ (страница 52)

— Так и будет. Но она сейчас там так сказать на обучении, постигает все секреты рыбоводства. До самой весны будет работать на ферме, присматриваться и учиться. Я конечно понимаю, что у нас ставка будет на колониальную икру, но всё же предприятие должно работать и приносить прибыль. А если к этому делу подойти чисто формально, то от дурной головы осётр попросту издохнет. Вот пока она будет учиться, ты и займёшься строительством, а для этого тебе нужно самому полазить и пощупать. Опять же, ты знаешь особую специфику и сделаешь всё с учётом этого.

— Ясно. Её посвящать не будешь?

— Пока нет. Вот обработаю её как следует, а тогда уж можно будет подключать по полной.

— А сам, чего?

— А у меня кое-какие дела нарисовались.

— А поточнее?

— Вот если получится, тогда и поточнее будет.

— Итак, ты целых пять месяцев потратил на то, чтобы установить отсутствие какого-либо движения на участке принадлежащего фигуранту, а как следствие и отсутствие противоправной деятельности. Я правильно тебя понял, Лукин? — Эдаким ласковым и даже вкрадчивым голосом, поинтересовался полковник Юрин.

Впрочем, это не обмануло бы даже неискушённого человека, а уж офицера прослужившего под началом полковника не один год и подавно. Поэтому Константин прекрасно понимал, что буря готова разразиться в любой момент. Выходов из подобной ситуации только два, либо смириться и стоически её пережить, отхватив все сопутствующие бонусы, разумеется не пряники. Либо постараться спасти ситуацию.

Обычно подчинённые Юрина выбирали первое. Но Лукин это был особый случай, и обычным его никак не назовёшь. Он не любил быть мальчиком для битья, хотя бы по той простой причине, что считал себя профессионалом, каковым он впрочем на самом деле и являлся.

— Если вы, товарищ полковник намекаете на то, что я всё это время бездельничал, то вам известно — это не так. Ввиду отсутствия фигуранта и всяческого движения в точке наблюдения, мною были сосредоточены усилия на других направлениях.

— О твоих успехах по другим направлениям, я знаю. Мне интересно, как так получается, что нет никаких подвижек в отношении Ладыгина. Мы ведь так и не знаем с чем имеем дело. То ли, он просто подался в бизнес, то ли создал свою ОПГ. Где конкретика, Лукин.

— Исходя из данных полученных от источника, напрашивается вывод об ОПГ. Но за последние месяцы эти сведения подтвердить не получилось. Более того, все водители которые работали с ним, в настоящее время занимаются частными перевозками. Охрана выполняет свои обязанности, в прежнем режиме. Я попытался получить оперативную информацию о фигуранте, но так и не смог продвинуться в этом направлении. Ни водители, ни охранники, ни под каким предлогом не желают вести разговоры о своей работе. Либо переводят разговор в другое русло, либо просто молчат. Разумеется использовалась только оперативная метода, более плотно ни с кем работа не проводилась.

— И где всё это время находился этот Ладыгин?

— В том-то и дело, что выяснить это не удалось. Такое впечатление, что он просто исчез, а потом ниоткуда вновь появился.

— Получается, всё это время он не покидал территорию города? Уж не залёг ли он на дно?

— К чему ему это. Сведений о каких-либо трениях с криминалом у нас нет. С законом так же всё чисто. Даже наоборот, когда у правоохранительных органов были к нему вопросы, он был в полном их распоряжении.

— Что за история?

— Подозрение в убийстве. Но там даже сам факт убийства не подтвердился, а свидетельница душевно больная, уже много лет состоящая на учёте, склонная к обострению кризов, во время полнолуний. А тогда как раз была полная луна. Правда в версию с ОПГ это случай вписывается как влитой.

— Угу, — задумчиво буркнул Юрин. — А может так статься, что он причастен к тому происшествию, из-за чего весь криминал встал на уши?

— Вы о чёрных банкирах? Не вписывается. Во-первых, тратить он начал гораздо раньше, чем накрыли банкиров. Во-вторых, если бы был причастен, то непременно постарался бы лечь на дно. А он этого не сделал, продолжая заниматься своей прежней деятельностью.

— Вот так, работал, работал, а потом ни с того ни с сего пропал на целых полгода.