Константин Калбанов – Ключи от дома (страница 108)

Семеро. И никто не сумел оказать хотя бы мало-мальское сопротивление. Кто-то маялся от контузии, кто-то — от полученных ран, а двоим было уже все равно. Кстати, один из них получил пулю не от Игоря. Работа Штыка, когда загонял противника обратно в караулку.

— Шаман, чисто, — сообщил он в гарнитуру.

Потом подобрал доску и набросил ее на дверные скобы. Ее края как раз уперлись в коробку, блокируя проход намертво. Все. Теперь в караулку снаружи не попасть. Работать понизу слишком рискованно. Лучше уж поверху. Хотя-а…

Выглянул в окошко, больше походящее на бойницу. Темно, но на зданиях горит пара-тройка фонарей, а потому худо-бедно, но двор просматривается.

Слева дверь в помещение, где содержатся пленники. На фоне светлых досок заметно темное пятно большого навесного замка. Отдельного охранника нет. Впрочем, им оттуда никак не выйти, если только через дверь.

Дальше идет крытая поленница, за ней квартира коменданта. Опять разрыв, и так же с поленницей. Далее обиталище сержанта и капралов. Напротив всю северную стену занимает солдатская казарма.

Караулка, где сейчас находится Игорь, слева от ворот. Справа кузня и дальше, вдоль восточной стены, конюшня с распахнутой створкой ворот. За ней склады. Это если верить схеме, врученной капитаном Котовым. Судя по замку на воротах, это помещение чистить не надо. Заканчивают картину три коновязи. Одна, самая большая, напротив конюшни и две поменьше — у казармы и квартир. Лошадей, кстати, не видно. Значит, все поместились в конюшню.

Так. Если вычистить офицерскую и сержантскую квартиры, то разобраться с казармой — никаких сложностей. Остается понять, как именно чистить помещения, если учесть, что там тоже нет нормальных окон, а только бойницы. Даже у коменданта. Как видно, сделали выводы из прошлых, неудачных опытов.

Эх, сюда бы сейчас «Вал» с ночником. Тогда бы никакие бойницы им не помогли. Дистанция боя такая, что до противника камнем добросить можно. Что уж говорить о том, чтобы попасть в бойницу шириной сантиметров пятнадцать.

Вот только нельзя Штыка снимать с позиции. Он там, где нужен. Ох Бородин и идио-от! Ведь у кукловодов в рюкзаках наверняка должны были быть ночники. Но их поклажу не проверяли. Вот как было, так все и попрятали в тайник.

Со двора донеслось несколько выстрелов. В ответ несколько раз хлопнул бесшумный карабин. Треснул одиночный выстрел из автомата, поддержанный винчестером. Похоже, бьют по вспышкам. Но вообще парни начинают втягиваться в перестрелку. А вот это уже лишнее. Время работает против них. В итоге могут появиться горцы, и ничем хорошим это не закончится. Ладно. Взял в руки карты — играй.

— Волк, давайте все вниз, — приняв решение, приказал в гарнитуру Игорь. — Док, держите крышу, чтобы ни одна падла не вылезла.

— Принял тебя, Шаман. Но Штык говорит, что если в казарме есть такой же люк, как в караулке, то его прикрывает парапет.

— Понял тебя.

Товарищи довольно бодро прогромыхали по ступеням. Время. Главное сейчас — время. Они, конечно, уже потеряли темп, дали возможность противнику начать соображать. Но то не беда. Есть еще вариант ускориться. Есть.

— Значит, так. Настя, винчестер за спину. Готовься действовать «Гюрзой» и фонариком…

На постановку задачи и подготовку ушло едва ли полминуты. Некогда рассусоливать. Поэтому готовились сразу, по ходу, слушая короткие, рубленые фразы командира.

Наконец доска слетела со скоб, освобождая дверь. Настя толкнула дверь наружу. Шаман, Ворот и Волк разом бросили по гранате. Но если первые двое — дымовые, то последний — РГ. Ну и сразу же ушли за стену, чтобы лишний раз не отсвечивать. Правильное решение. Едва распахнулась дверь, как раздалось несколько выстрелов и послышался дробный грохот «гатлинга».

Только вот голосок у него какой-то странный. Несерьезный. Скорее всего, тот самый легкий образец под револьверный патрон. Правда, от этого не менее смертоносный, и уж тем более накоротке. В караулку тут же влетел целый рой пуль, с тупым стуком уходя в дерево и со звонкими щелчками ударяя в камень. Не меньше половины пуль обрушилось на стены снаружи, выбивая облачка пыли и куски глиняной штукатурки.