Константин Калбанов – Камешек в жерновах (страница 101)
- Ты, Матвеич, не шуми. Мы многое прошли под рукой Олега Николаевича и не встретить его не могли. Понимание иметь надо, - степенно возразил Харьковский.
- Ну, встретили и будя. Делами займитесь. А тебя, Олег Николаевич, его высокоблагородие господин капитан первого ранга к себе требует.
- Есть прибыть к командиру корабля.
Каюта Эссена с последнего моего посещения полтора месяца назад не претерпела изменений. Всё было на прежних местах, как и её хозяин. Вот только сам я уже не в офицерском мундире, а в матросской робе. Стою навытяжку в дверях и ем начальство глазами, имея вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать лицо начальствующее.
- Отлично, Олег Николаевич. Образцовый матрос-служака. А теперь вольно. И присаживайтесь, - встав, протянул он мне руку.
- Здравствуйте, Николай Оттович, - ответил я на рукопожатие.
- Надеюсь, мне не стоит напоминать, что подобное общение возможно только наедине.
- Можете не сомневаться.
- Я тут посмотрел переданные вами чертежи.
А что такого. Нужно было чем-то себя занять в камере гауптвахты. Благо с комендантом найти общий язык не составило труда. Золотой телец крепостные ворота открывает, что уж говорить о передаче за решётку канцелярских принадлежностей и нормальной еды вместо баланды.
- Скорее наброски концепции нового корабля и предварительные выкладки на основе среднепотолочных данных, - пожал я в ответ плечами.
- Но броненосец будущего вы видите именно таким? - с нажимом уточнил Эссен.
- Броненосец это прошлое, ближайшее будущее за линкорами.
- Ближайшее?
- Лет двадцать, вряд ли больше. Далее появятся новые вооружения. Но для начала не мешало бы выстоять этот переходный период. Впрочем, безудержная гонка вооружений идёт последние полвека, и процесс этот уже не остановить, сколько бы конвенций о разоружении ни подписывали, все будут только вооружаться.
- Допустим. И вы видите этот линкор с четырьмя трёхорудийными линейно возвышенными башнями на баке и юте?
- Я вижу принципиальную схему размещения главного калибра именно в таком исполнении как для линкоров, так и для крейсеров, - подтвердил я.
- Но не будет ли контужена обслуга в нижней башне?
- Этого не случится.
- Ладно. Допустим. А почему средний калибр в шести двухорудийных башнях представлен стодвадцатимиллиметровыми орудиями. Не маловаты ли они для боя в линии?
- Потому что это не средний калибр, а противоминный. Миноносцы уже сейчас растут, и малокалиберная артиллерия показала свою несостоятельность.
- Но вы всё же предусмотрели её. Тридцатимиллиметровая автоматическая пушка. Вы даже её чертежи представили. И что это за калибр?
- Вы забыли о погибшем «ноль втором». Концепция скоростного минного катера уже заинтересовала ведущие державы, и эти маленькие юркие кораблики непременно появятся в ближайшее время. А автоматические пушки превентивный ответ на них.
- Допустим. Но почему тридцать миллиметров? Не проще ли использовать уже имеющиеся боеприпасы и налаженное производство?
- Они не отвечают требованиям современного боя, что уж говорить о будущем. Количество взрывчатки в гранатах нужно увеличивать, а значит, повышать качество используемой стали. И боеприпасы в двух исполнениях, граната и бронебойный.
- М-да. Всё это выглядит достаточно революционно.
- Я знаю.
- В адмиралтействе не любят столь кардинальных изменений.
- Не сделаем мы, сделают наши противники, а мы опять окажемся в роли догоняющих. И потому я предлагаю сделать шаг вперёд.
- Кстати, а что это за странный такой станок у этой вашей малокалиберки с углом возвышения в восемьдесят градусов. Вы что, собираетесь стрелять по чайкам?