Константин Калбанов – Еретик (страница 91)

Закончив, офицер выжидательно посмотрел на Всевластного. На военном совете все могли спорить до хрипоты, приводить свои доводы, высказывать предложения, убеждать, но последнее слово всегда было за командующим, в данном случае за Всевластным. Тот же глубоко задумался. Человек пошел на предательство, но было ли это предательством или меньшим из зол во благо своих соплеменников? Нет, если бы он каким-либо иным путем узнал о местонахождении всей жреческой элиты людей, то он не задумываясь направил бы туда рейдовый отряд и уничтожил их одним махом. Но сведения поступили именно от человека. А может, Галах прав и тот печется только о своей шкуре, не отдавая отчета о последствиях, которые могут прийти вслед за этим деянием?

– Галах, ты возьмешь под свое командование тысячу всадников и выступишь к монастырю.

– Слушаюсь, Всевластный.

– Но только ты не станешь убивать высших жрецов. Всех остальных можешь уничтожить, их же доставишь в наш лагерь. – При этих словах Гук наконец расслабился. Сведения, доставленные им, были признаны важными, а значит, он поступил верно. Хвала Гаруну. – Теперь обсудим штурм…

Андрей был в недоумении. Только что Жан доложил, что монастырь был взят единым наскоком. Немалую роль в этом сыграло то, что противнику стало известно о подземном ходе, благодаря которому часть нападавших сумела попасть в монастырь. Орки клюнули на столь заманчивую наживку. Однако они не стали уничтожать членов Большого Собора. Вместо этого они взяли их в плен и сейчас уводили с собой.

Напасть на столь большой отряд и закончить начатое было просто невозможно: его сил было явно недостаточно для этого. Да даже если и достаточно, он не мог этого сделать. Только Жан, Билли и Олаф знали о происходящем – эти трое уже давно пользовались его доверием в самых щекотливых вопросах: та история с отрядом инквизиции связала их прочно и надолго, быть уверенным в остальных в этом деле он не мог.

– Яков, вызови ко мне сэра Джефа.

– Слушаюсь, милорд.

Необходимо было действовать, и действовать быстро. Проклятый Гирдган поступил ожидаемо, когда у него появилась возможность лишить Церковь общего руководства. Но, как видно, он до конца не понимал мотивов Андрея, а потому решил перестраховаться. Придется вносить коррективы в свой план.

– Милорд, вызывали?

– Только что Жан сообщил мне, что орки напали на монастырь Святого Бенедикта и захватили его. Они взяли в полон членов Большого Собора и сейчас уходят к Лондону.

– Но как такое возможно? Ведь монастырь находится почти в сотне миль от Лондона, в глубине нашей территории. Как они смогли…

– Как видишь, смогли, – оборвал его Андрей.

– А как об этом узнал сам Жан?

– Я отправлял его туда. Сам понимаешь, что вопрос о том, кто станет Папой, для нас не пустяшный.

– Это точно. Но что теперь-то делать?

– Драться, что же еще.

– Какой отряд?

– Тысяча всадников.

– Они нам не по зубам, – тут же категорично заявил Джеф. – Даже если мы будем действовать из засады, они просто свяжут нас боем частью своих воинов, а остальные обойдут. Простора там много, так что перекрыть им путь просто невозможно. Мост у Бачбилли они контролируют полностью, и там их около четырех тысяч.

– Знаю. Поэтому и вызвал тебя. Немедленно отправляйся к сэру Свенсону. Знаю, что это опасно, но боюсь, из всего моего окружения ты единственный, кого он выслушает. Пробейся к нему. Пусть немедленно высылает конный отряд к мосту у Бачбилли, я постараюсь их там задержать.

– С такими силами?

– Есть другое предложение? Я готов его выслушать.

– Предложений пока нет, но двум сотням не под силу совершить такое. Они будут ломиться, что кабан через заросли. Это будет похлеще, чем тот бой у Кроусмарша. С одной стороны – тысяча всадников, с другой – четыре тысячи пехоты, а посредине вы. Это задание для смертников.

– Знаю.

– А может, не стоит вмешиваться? Ведь если мы их освободим, нам-то это мало чем поможет. Как только разберутся с орками, опять примутся за нас.

– Как считаешь, сколько люди смогут оставаться едиными, если лишатся верхушки Церкви?

– Орки – неплохой раствор.

– Не думаю, что это их остановит. Как только не станет тех, кто стоит над ними, люди перегрызутся, и плевать им на все опасности, натура возьмет свое. Французский король тут же воспротивится тому, что его рыцарями будет командовать английский маркграф. Германцы тут же заявят, что сами способны позаботиться о себе, как это уже не раз бывало. Да и сами англичане. Король погиб, прямых наследников нет. Так что грызня будет, и нешуточная. Те, кто способен остановить это, сейчас находятся в плену у орков. Для нас они, конечно, не мед, но здесь ставки другие. Весь род людской, как бы это громко ни звучало.