Константин Калбанов – Экспансия. Кречет (страница 47)
— Может и ориентировку сразу? — Предложил гибэдэдэшник.
— Только не по радиостанции, а эсэмэской. И никаких задержаний. Максимум, срисовать данные, под самым банальным предлогом, ну и заглянуть в салон. Но без фанатизма. Как обычно. Просто потом отзвониться мне.
— Юра, тебе точно больше ничего не надо?
— Нет, Миша. Спасибо, что предложил. Но нет.
Феодосия по сути город небольшой. А коль скоро торопится лицо точно уверенное в том, что его не тронет ни один дэпээсник, так и вовсе оглянуться не успеешь, как проскочишь его насквозь. Вот и нужная ему тех-станция. Здесь работает один умелец.
Откинулся пять лет назад, и ушел в глухую завязку. Теперь и слышать не хочет о татухах, на жизнь зарабатывает аэрографией. Неплохо зарабатывает, надо сказать. Аэрография вообще штука не дешевая.
— Здравствуй, Веселый.
— Начальник? — Оставляя в покое трафарет, удивился мужчина, лет тридцати, с повязанной на голову банданой.
— Никак, не рад?
— А чему радоваться?
Помощник Веселого поняв, что может запахнуть жаренным, поспешил ретироваться в конторку. От греха так сказать, подальше.
— Брось, Веселый…
— Меня Артемом звать. Веселый остался в прошлой жизни. И я в глухой завязке. Тебе машину разрисовать, гражданин начальник? Не вопрос. Под запись, и в порядке очереди.
— Если ты в глухой завязке, то не гражданин, а товарищ капитан.
— Извини, но товарищами мы точно не будем. Тогда господин капитан. Так нормально будет?
— Пойдет. И коль скоро ты стал добропорядочным членом общества, то и законы его должен уважать. Иными словами, оказывать помощь следствию — это законный долг каждого гражданина Российской Федерации.
— Я не…
— А если у тебя нет такого желания, то сейчас я тебя задержу по подозрению в совершении преступления. Пока и сам не знаю какого, но был бы человек. А там и майор Капустин подтянется, из отдела по борьбе с экономическими преступлениями. Ага, вижу, знакомы. В нахалку я тебя конечно же не посажу. Сам знаешь, не мой профиль. Но мозг вынесу капитально. А еще, твой сервис будет парализован эдак на недельку. Убытки сам подсчитаешь, или тебе помочь?
— Юрий Петрович, ну чем я могу вам помочь? Я уже пять лет не просто никуда не лезу, но и не общаюсь ни с кем. Реально.
— Я тебе верю, Артем. Но коль скоро пришел к тебе, то и помочь ты мне можешь. Посмотри эти татушки. Мне кажется, ты должен знать автора. Артем, выкрали двух детей, и у них меньше полутора часов. Потом их просто кончат. Ни выкупа, ни торговли, ничего этого не будет. И если я не успею по твоей вине, не обессудь, но рвать я тебя буду вдумчиво и качественно.
Артем с явной тоской посмотрел на Боровского, потом взглянул на изображение в его телефоне, и тяжко вздохнул. Господи, ну за что ему это все?! Ведь решил же, что все, больше никуда и ни за какие коврижки…
— Моя работа, — признал он.
— О как! Неожиданно. Тогда ты и этого знаешь.
— Мне не нужно смотреть на фото Его зовут Азамат. Погоняло Хаш, чтобы это ни значило. Фамилию вот так сразу не вспомню.
— Ты все же взгляни. Он?
— Да, он это, он.
— Та-ак. А Хыру такого не знаешь?
— Вроде младший брат Азамата. Навещал на зоне. Но видеть я его не видел.
— А откуда он, не помнишь?
— Вроде из Журавок. Но это не точно.