Константин Калбанов – Дворянин (страница 38)

Нет, ну точно попадет парню. Баронесса – дама с характером. Порвет, как тузик грелку. Надо бы заступиться за лейтенанта, он ведь честно исполняет свой долг. Это Эмилия должна думать о потерях в дружине, сохранении города и жизнях жителей острова, а лейтенант обязан выполнить приказ.

Двигались вдоль побережья, оставив звуки боя по правую руку. Когда поднялись на холм и взору предстал город, увидели, что к острову приближаются семь парусников. Не линейные корабли, но все же вполне способные перевезти изрядный десант. Это что же, пока одни отвлекают атакой из глубины острова, другие проводят десантную операцию?

– Капитан Чавес приказал батарее оставаться на береговых позициях, а капитану Кармона – снять орудия с корабля и переместить их на сушу. Они уже на позициях. Кроме того, все четыре катера готовы к отражению атаки с моря, – заметив обеспокоенность баронессы, доложил лейтенант.

– Дайте мне бинокль. – Она требовательно протянула руку.

Борису вряд ли обломится такое счастье, хотя в отряде есть еще одна оптика – подзорная труба у командира расчета «Гатлинга». Только он не уступит ее гостю баронессы. Вон как демонстративно поднес ее к глазу и изучает происходящее. Ну и пусть его. В конце концов Измайлов на зрение не жалуется.

Позиция для наблюдения хорошая, но долг велит двигаться дальше. Эмилия должна быть в городе, где наверняка уже поднялась суета и собирается ополчение. По идее механизм должен быть отлажен, но руководство все же никогда лишним не будет. Опять же, всегда найдется что-то, выбивающееся из общего ряда, а значит, появится необходимость принять нестандартное решение, и чем раньше, тем лучше. Поэтому задерживаться на холме не стали.

По прибытии в город Борис поспешил на «Газель». Баронесса отправилась прямиком в городскую управу, в настоящий момент превратившуюся в штаб.

Эта разборка, конечно, не касается русских гостей. Но, во-первых, остаться в стороне не получится. Сомнительно, чтобы нападавших остановил их нейтралитет. К тому же Борис приметил среди кораблей знакомую яхту с благозвучным названием «Роза». Во-вторых, как-то нехорошо получится. На хозяев, у которых гостишь, нападают, а ты стоишь в сторонке.

Рыченков, похоже, рассуждал так же. Высадил на берег всех гражданских и вывел шхуну на удобную позицию для артиллерийской стрельбы. Оставалось только дождаться запропастившегося наводчика. Вообще-то есть еще один, но, как говорится, почувствуйте разницу.

– Борька, йакорь тебе в седалище, где тебя носит?! – возмутился шкипер, когда Измайлов поднялся на палубу.

Добираться до судна пришлось на ялике. Но с этим проблем не возникло – лодка оставалась у причала дожидаться припозднившегося члена экипажа.

– Извини, Дорофей Тарасович, малость пришлось побегать от плохих парней. Юрий Дмитриевич, ты на всякий случай имей в виду, «Аптечки» у меня нет, – предупредил Измайлов фельдшера.

– Как нет?! А куда ты ее?.. – возмутился было Рыченков, а потом осекся, глянув на парня сквозь недовольный прищур.

– Никого не трогали. Хотели только поохотиться. А тут – такое, – виноватым тоном, произнес Борис.

– Потом расскажешь. Олухи, кто-нибудь, принесите его бронежилет! Все вам нужно разжевывать, йакорь вам в седалище! – зло выкрикнул шкипер, вперив сердитый взгляд в Якова, тут же сорвавшегося с места.

Вскоре корабли вышли на дистанцию открытия огня, и завертелось. Правда, в этот раз Измайлова ожидало разочарование. Ветер слабый, да еще и шхуна находится в защищенной гавани, а потому развить высокий темп стрельбы не получалось. Но при этом каждый выстрел он вколачивал в борт «Розы», выбрав ее в качестве мишени.

Батареи на берегу находились в более выгодных условиях, хотя не сказать, что дым не досаждал и им. А уж когда начали рваться снаряды нападавших, так же заряженные дымным порохом, ситуация усугубилась еще больше, пусть и не стала столь уж критичной.

А вот нападающие чувствовали себя в этом плане куда вольготнее. Корабли пребывают в движении, а потому их не так сильно заволакивает молочной пеленой. Правда, даже эта малость сыграла с ними дурную шутку.