Константин Денисов – Снегурочка (страница 16)
Надо сказать, что уже все к этому привыкли и принимали как должное, хотя я и ловил на себе в момент зарядки благодарные взгляды.
Проснувшись, мы позавтракали, потому что день обещал быть сложным и когда появится следующая возможность поесть неизвестно. Так что ели от души и даже немного через силу, чтобы загрузить организмы калориями. Потому как – не маной единой!
Затолкав излишки дров в вездеход, мы двинулись дальше. Сразу за роддомом оказался стадион.
– Я раньше никогда даже подумать не мог, что в Москве столько стадионов. Последние дни у нас весь маршрут от одного стадиона до другого, – сказал я Топору.
– Они всегда были на этих местах, – усмехнулся Топор, – просто сейчас мы на них внимания больше обращаем, потому что постоянно с ними какая-то активность связана. Или они как ориентир служат. А что, сооружения приметные, даже когда сам стадион небольшой. Домов много, их можно перепутать по описанию, а вот стадион, уже хрен с чем спутаешь.
– Может быть, ты и прав. Я и не говорю, что в этом есть что-то сверхъестественное. Просто обратил внимание, что в последнее время постоянно на них натыкаюсь. Это было ещё до тебя. Сплошные стадионы, стадионы, стадионы…
– Москва – спортивный город! – улыбнулся Топор.
Через стадион мы вышли на дорогу и по ней двинулись к метро «Сокольники», которое было уже отсюда в двух шагах.
– Смотрите! – воскликнула Фая.
Сразу мы этого не заметили, но зрелище было, в самом деле, удивительное.
Прямо по курсу находилось высокое здание, стоящее прямо возле метро. Оно было переменной этажности и шло горкой, постепенно понижаясь слева направо. Дом был сильно выгнут дугой, он имел форму полукруга. Но удивительно было не это, таким его и построили. Удивительно было то, что прямо в середине этого дома зияла огромная сквозная дыра. Причём эта дыра не привела к разрушению всей постройки. Даже этажи, что находились над дырой, не обрушились.
Сама дыра имела практически идеальную форму круга, а внутри неё, наподобие того как паук плетёт паутину, находилась некая конструкция изо льда, которая была не чем иным, как изображением снежинки.
– Это что, мать его, за логотип? – пробормотал Топор.
– Снежинка! – озвучила очевидное Зоя.
– Я вижу, что снежинка, но зачем? Это же не случайно там намёрзло, видно, что кто-то специально постарался соорудить эту хрень! – сказал Топор.
– Да, с тем, что это сделано специально, не поспоришь. Слишком точная и аккуратная работа. Кто-то обозначил начало своей территории, – сказал я.
– А если здесь начало его территории, то почему он нападал на нас далеко отсюда? – задала резонный вопрос Сирин.
– Бил на дальних подступах, – сказал я, – когда враг у ворот, бывает, что драться с ним уже поздно.
– А откуда он знал, что мы враг? Ладно здесь, но там, где мы с торговцами общались? – спросила Сирин.
– Может, и не знал, – пожал я плечами, – может, он на всех нападает, кто оказывается в зоне досягаемости. Может, он постепенно расширяет ореол своего обитания. Да много чего ещё может быть.
– Думаю, что это не он, – сказал Боря.
– Она? – удивился я.
– Они! – сказал Боря, – для одного человека что-то многовато будет. И смена климата в целом районе, и такие штуки, – Боря кивнул на «логотип» снежинки, – и нападение на всех подряд. Для этого много людей нужно. Банда нужна!
– Мороз и солнце, день чудесный! – вдруг радостно провозгласила Амина.
И в целом наблюдение было верное. Небо к утру очистилось, и солнце сияло во всю свою летнюю мощь. Но воздух был морозным. Не просто холодным, а именно морозным! Температура была значительно ниже нуля, изо рта валил пар, а в некоторых местах лежали кучки снега. С каждым шагом мы всё больше и больше входили в зиму.
«Логотип» снежинки сверкал в ярких утренних лучах. Он был просто ослепительным. Даже смотреть на него не щурясь было невозможно.
– Проделать дыру в доме, чтобы соорудить в ней снежинку, – задумчиво сказала Зоя, – кто на такое способен? И главное, зачем?
– Зачем? Чтобы обозначить границы своих владений и предупредить всех, что место это занято, – сказал я.
– Думаю, что не за этим, – сказала вдруг Амина.