Константин Денисов – Открой чакры, или умри! (страница 5)

– Кстати, открою тебе секрет, если ты не знала: фурии всегда очень красивые, – сказал я, – такая особенность. Это не я такой вывод сделал, это общеизвестный факт.

– А я бы могла стать фурией? – с хитрецой спросила меня Марта.

– Конечно! – несколько преувеличенно сказал я, и в проброс добавил, – лет тридцать назад!

– Скотина! – беззлобно сказала Марта.

– Ну, ты же сама подставилась! – парировал я, – кто тебя за язык тянул?

Алиса во время нашего разговора приземлилась, и искры с молниями, бегающие по всему её телу, стали успокаиваться и постепенно сходить на нет. Мы подошли к ней. Она продолжала удерживать последнего оставшегося в живых охотника на фурий за ногу.

– Привет! – сказала ей Марта.

Алиса скользнула по ней пристальным взглядом.

– Баба твоя? – спросила она уже своим обычным голосом.

– Знакомься, это Марта. Она не моя баба, и в том, что нам удалось тебя вытащить, очень большая её заслуга. Один я бы не справился. Так что, пожалуйста, относись к ней нормально, – нравоучительно сказал я.

– Да я нормально, – удивилась такой отповеди Алиса, – разве нет? – она посмотрела на Марту, ища поддержку, – она же ведь вполне могла бы быть твоей бабой… старовата, правда, но когда это кого-то останавливало, верно? – и она подмигнула Марте.

Я тяжело вздохнул.

– Думаю, мы подружимся, – Марта решила сгладить эту неловкость и сменить тему, – только вот, проблема пока не решена. Нам ещё отсюда выбраться надо. А как это сделать, мы не знаем.

И мы все дружно повернулись к скрябающему руками пол пленнику, который, почувствовав общее внимание, перестал пытаться уползти и затравленно на нас обернулся.

– Поможешь нам? – спросил я его, стараясь излучать доброту.

2. Карантин, но это и хорошо!

Когда мы проходили мимо комнаты, где раньше сидели эти охотники, я увидел, что все стены там заляпаны кровью, как будто за ту минуту, пока я разговаривал с Мартой, Алиса просто взорвала всех своих обидчиков кроме одного. Сама она тоже была забрызгана кровью, даже рот был в крови, но почему именно мне знать совершенно не хотелось.

Пленник был в таком шоке, что отвечал на все вопросы чётко, внятно, без запинки и после каждого ответа спрашивал, убьём мы его или нет. В голосе звучала надежда, что нет, ведь он так нам помогает!

Судя по его словам, как только ситуация начала выходить из-под контроля, то один из них нажал кнопку тревоги на стене. Кнопка, действительно там была, и большая. Красного цвета, как и полагается всем тревожным кнопкам.

По словам пленника, отключить тревогу было нельзя. После нажатия опустились несколько перегородок, которые отрезали «красную зону» от всего остального. Мы были здесь сейчас заперты. И открыть эти перегородки можно только снаружи, и то, когда находящиеся там убедятся, что опасность либо миновала, либо что они могут с ней справиться. В любом случае некоторое время будет продолжаться карантин.

До этого момента кнопку нажимали всего два раза, и оба раза зря, потому что ситуацию удавалось взять под контроль. И вот теперь мы спровоцировали третий карантин.

– Вообще странно, что вы всё-таки нажали кнопку, – сказала я охотнику.

– Почему? – удивлённо уставился тот на меня.

– А как это вам могло помочь? Никак! В этом случае вы остаётесь заперты здесь наедине с проблемой, и на помощь можете не рассчитывать! – сказал я.

– А? – только и сумел выдавить из себя охотник, продолжая таращить на меня глаза.

– Что? Это вам никогда в голову не приходило? – удивился я.

– А? – снова повторил охотник, продолжая на меня, ошарашенно таращиться.

– Какой-то он тупенький, – вздохнула Марта, – не могла оставить в живых кого-нибудь поумнее.

– Да они здесь все такие, – махнул я рукой, – умные таким заниматься не будут. Охота на фурий, та ещё лотерея!

– Ага, они так нас боятся, что просто писаются от ужаса, чуть что не так! – самодовольно сказала Алиса, – фурии сила!